— Зачем? Нет. — тут, перестав плакать, завелся Миша.
— Тихо, я сказала! Об отсрочке.
Суббота. На след день.
— Ненавижу уроки по субботам, так их всего два, а просыпаться нужно, как всегда, а—а—а, — проныл Юра, ожидая первого урока. В этот момент к нему подошла Марта Игнатовна.
— Приветствую, Юрий, — она была совсем другая, слегка взволнованная. — Выйдем, есть разговор.
Под косые взгляды Миши и остального класса они вышли в коридор.
— Что происходит? Я больше не «мешал» вашему сыну учиться, — нервно произнес Юра, дойдя с учительницей до закутка.
— Юрий, я знаю, что мой сын должен тебе денег. — начала Марта. — Послушай, он обязательно вернет их, но сейчас у меня нет нужной суммы.
Марта Игнатовна чувствовала себя униженной, она была в такой ситуации, извиняясь перед своим учеником за деньги.
— Знаете, Марта Игнатовна, я привык, — произнес Рома, пройдя мимо женщины.
— Я думал, он хотя бы на девок пускает их. А не на онлайн—казино... Меня это просто достало. Я хочу свои деньги. Все, и эти 50 тыс. тоже.
— Все? — жалостно произнесла она, что заметил Юра. Впервые он видел свою учительницу такой.
— 150 до понедельника! — сказал как отрезал Юра.
У Марты Игнатовны округлились глаза. Она была в шоке. Её сын не мог столько назанимать.
Она сама никогда не столько не видела. Работая обычной учительницей.
Юра поглядел на женщину и решил вернуться в кабинет.
— Подожди, — нервно окликнула его учительница. Она взяла его за плечи.
— Пойми. У нас нет столько. До зарплаты далеко, и даже с ней не хватит.
— Не моё дело, это будет ему урок.
Марта крутилась перед парнем, пытаясь на ходу придумать варианты.
— Может, мы отдадим частями. Я кредит возьму. Ещё один.
Юра лишь усмехнулся. — Продайте что—нибудь ненужное, — отвесил он, попутно посмеиваясь.
Он отошел от женщины, пройдя метра два.
— Впрочем, есть одно решение. — Он повернулся к ней, прочитав на её лице ужас и одновременной надеждой.
— Раз уж вы не можете продать ничего и заработать тоже, а кредит вам вряд ли одобрят... — Парень прошел ближе к учительнице, попутно оглядев её с ног до головы.
Это был тот же строгий костюм. Но теперь были заметны детали. Кожаные черные сапожки, черные непрозрачные колготки, темная юбка и черная жилетка, из всего это была лишь белая рубашка под ней, гармонично сочетающаяся с бледной, как айсберг, кожей женщины.
— Вы могли бы отработать, — выдавил из себя Юра.
— Что? Как? — непонимающе спросила Марта.
Парень подошел поближе, чтобы точно никто не услышал. В тоже время он очень боялся получить от женщины оплеуху.
— Как это делают все девушки... Руками, ртом, ну, увы, поняли, всем, чем умеете.
Марта остолбенела. Приоткрыв рот, она хотела было что—то сказать. Но тут же её окликнула одна из учениц.
— Подумайте, у вас времени до конца уроков. — Спокойно произнес Юра, возвращаясь в класс.
Несколько следующих часов прошли словно в тумане, Марта Игнатьевна часто огрызалась на двоечников, засматривалась в одну точку, подолгу молчала и сама же совершала математические ошибки. Все были просто в шоке. Сегодня она была сама не своя.
Наконец второй урок закончился, и все стали собираться домой.
— Юрий, Михаил, задержитесь, пожалуйста! — Произнесла учительница, видя, как парни уже практически покинули класс.
Миша непонимающе подошел к матери, сев рядом, обратно за свою парту. Юра же медленно прошел и сел сверху на другую парту, хотя обычно никто не позволял себе сидеть сверху, особенно при Марте Игнатьевне.
— Полагаю, вы приняли решение? — Язвительно произнес Юра, взяв
Наслаждение