не прикасаться твердеющим членом к ее спине, но мать изогнула руки и подвинула меня вплотную, что позволило ей опереться на меня как на спинку стула. Так нас и застала сестра. Она ревниво поджала губы и черезчур громко хмыкнула, вырывая маму из приятных ощущений.
– Мать, тебе не пора-ли в душ готовиться? – Выпалила Маринка и злобно ущипнула меня за локоть. – Ольга скоро выйдет, а ты сидишь тут и время тратишь!
Сестрица взяла бутылочку с молоком из кастрюльки и ушла сурово глядя на нас.
Мама нехотя положила свои руки поверх моих, останавливая меня, и поднялась на ноги.
– Такой кайф испортила, – проворчала мать в никуда и повернулась ко мне, благодарно улыбаясь. – Ты мой сладкий сыночек.
Она крепко обняла меня, вжимаясь всем телом. Мои руки самовольно спустились с ее спины на круглый зад, когда мама неожиданно прошептала мне прямо в ухо, что заметила мой стояк и совершенно на это не сердится.
– Это нормально в твоем возрасте, – тихо произнесла она. Ее губы почти касались моего уха, обдавая жаром. – Я даже польщена потому что считала себя старухой.
Снова нарывается на комплимент, подумал я, активнее массируя ее сочные булки, как бы даже слегка раздвигая их в стороны.
– Моя грудь уже обвисла и не такая упругая, как раньше. – Сказав это, она слегка отодвинулась от меня и одной рукой подняла свою грудь, предлагая ее мне потрогать. Мол, смотри какая сиська. – Что скажешь? Ммм? Проверь как мужчина?
Я, сам не свой, как в том анекдоте “Вид имел лихой и придурковатый” легонько прикоснулся сквозь ткань и нежно сжал весьма тугой шар с настойчиво проступающим соском.
– Вполне себе упругая, – не своим голосом, проглатывая звуки, прошептал я.
– А попа рыхлая совсем стала, не то что у твоей девушки. – Вновь прижимаясь ко мене, словно требуя что бы я сильнее схватил ее за задницу. Да почему “словно”?
– Очень даже...
Я вновь переместил руки на мамину попу и проделал манипуляции словно насаживал ее на что-то твердое и вытянутое как, например, член. О, как!
– Врешь поди... – с придыхание сказала она и, внезапно, нащупала мой член своей горячей ладонью. – Нет... ты смотри-ка, правду сказал. Значит я ещё могу соблазнить мужчину.
Она отстранилась от меня, лукаво глядя мне в глаза и покусывая уголок нижней губы. Пиздец, подумал я, потому что в этот момент на кухню зашел отец. Он несмело прогудел что-то на вроде: “хочу жрать!” Попытался схватить со стола кусок колбасы, но тут же получил по рукам. Я успел отвернуться к окну, в то время как мать хищной птицей кинулась бить по рукам отца. Мой пульс зашкаливал за триста, отсоси у трактариста... В том смысле, что отец в молодости был трактористом и, я думаю, что если бы он не был таким недотепой, зашел бы на пару секунд раньше, мне был бы край. Ну, или, как минимум, случился бы скандал, однозначно.
– Я тут стараюсь, все раскладываю чтобы красиво было, а ты лезешь своими грязными кочерыжками! – Вскричала мама, чуть ли не ложась на стол, закрывая собой всякие закуски и салаты.
Отце отскочил от стола, но сдаваться не собирался и начал канючить как мелкий пакостник.
– Ну, Свет... Ну, что ты в самом деле? – Обиженно прогудел отец. – Дай хотя бы стопочку дернуть для праздничного настроения?
Мама чертыхнулась и достала из холодильника почти пустую бутылку чачи – буквально, на две стопки.
– На! – прорычала она. – И иди отсюда, не мешайся!
Папа ушел довольный, прихватив с собой бутерброд с икрой.
Скамер