член встал перед ней — 23 см, толстый, с каплей предэякулята на кончике. Анна смотрела на него, шокированная, но возбуждённая. "Майк, он такой... большой. Мы не можем, это слишком далеко". Но он поднял её, понёс в душ. Вода полилась, струи били по их телам, стекло запотело, но они были видны друг другу. Майк прижал её к стене, его руки скользили по мокрой коже. "Мама, я хочу тебя. Сейчас". Анна сопротивлялась слабо: "Нет, сынок, подожди... это изменит всё". Но он вошёл в неё — медленно, глубоко, его член растягивал её. Она закричала от удовольствия, вода лилась по их телам. "О да, Майк! Глубже!" Они трахались под душем, его толчки были мощными, её стоны эхом отражались от стен.
Вернувшись на кровать, мокрая и дрожащая, Анна пыталась остановиться. "Майк, хватит... мы должны остановиться, пока не поздно". Но он был неумолим, его страсть кипела. Он вошёл в неё снова, на этот раз сверху, его мускулистое тело прижимало её. "Мама, ты моя. Я люблю тебя". Анна стонала, её ногти впивались в его спину. "Ах, сынок... это так хорошо, но... нет, мы не можем!" В порыве она обняла его, позволяя продолжить.
Затем они перешли в джакузи — пузырьки воды ласкали их тела, пар поднимался. Майк усадил её на себя, его член скользнул внутрь. Анна качалась, её грудь подпрыгивала. "Майк, ты сводишь меня с ума... но это наша тайна". Он целовал её шею, шепча: "Ты моя навсегда, мама". Вода бурлила, их движения становились быстрее, оргазмы накатывали волнами.
Наконец, продолжая на кровати, атмосфера стала ещё напряжённее. Майк, полный желания, решил взять контроль. "Мама, теперь моя очередь", — сказал он, связывая её руки ремнём от халата. Анна сопротивлялась: "Майк, нет! Развяжи меня, это слишком!" Но он вставил кляп — её собственные трусики — в рот, заглушая крики. "Тихо, мама. Ты будешь моей". Он вошёл в неё жёстко, толчки были глубокими, почти грубыми. Анна мычала сквозь кляп, её тело извивалось, но глаза блестели от удовольствия. "Мммф! Майк, ты животное!" — пыталась она сказать, но кляп мешал. Он трахал её часами, переворачивая, шлёпая по ягодицам, его член пульсировал внутри. "Ты моя шлюшка, мама. Скажи, что любишь это!" Она кивала, слёзы смешивались с потом.
В конце Майк поставил её на колени перед кроватью. "Теперь получи своё, мама". Он дрочил свой огромный член, и густая порция спермы выстрелила — белая, липкая, обливая её лицо. Она стекала по подбородку на грудь, капая на соски. Анна смотрела на него, полная удовлетворения, её отказ давно сломлен страстью. "Спасибо, сынок... это было невероятно", — прошептала она, когда он снял кляп.
Семь ночей в том номере стали их тайной — запретной, страстной, полной напряжения и желания. Они вернулись домой, но связь между ними изменилась навсегда.
На потеху пту-шнице