— Да-да, надо еще выпить — свободной рукой Антон взял бутылку и разлил — выпили.
Дальше разговор перетек на работу, офис, политику, на все подряд. С Антоном было очень легко, просто как с родственной душой, с лучшим другом. Опять пили и тут я потихоньку начал проваливаться в пьяное забытье и выныривал только урывками.
Рука Антона у меня на руке, он гладит и шепчет что-то горячее, я не понимаю, что, но интонации, жар с которым он это говорил... Тогда в моем пьяном мозгу щелкнуло, что, примерно, так вели себя почти все мои друзья с девушками и опять провал.
Касания босса стали куда смелее, теперь его рука у меня на коленке, и он двигает её выше, я убираю, что-то говорю и провал.
Мы стоим, он прижимает меня к стене, я абсолютно голый, ни полотенца, ни трусов. Опять его шепот и… поцелуй, жаркий, настойчивый, властный… голова кружится и провал.
Опять скамейка, Антон целует меня, поцелуй мужчины отличается от женского или, возможно, я просто на месте женщины и чувствую, то, что чувствует она когда целуются с мужчиной. Руки босса гладят мои ноги, задницу и подбираются к дырочке, нет, я вскакиваю.
— Ты чего? Ты.. ты.., но… я не.. отстань — очень вяло пытаюсь отбиться.
— Лера, у меня на тебя стоит с того момента как ты на собеседование пришел. Давай, милая, давай, я уже не могу, потрогай. — он берет мою руку и кладет себе на трусы.
Странное было чувство. Чужой член, это было в первый раз, даже через ткань я чувствовал твердость и жар. Я чуть замешкался, и Антон продолжил ко мне приставать, как в девке, которая ломается и не дает, но и не говорит решительного нет.
— Давай разок, я просто не могу, ну давай же. — он стал поворачивать меня спиной к себе, я опять попытался вырваться, но Антон оказался сильнее, быстрее и, наверное, трезвее.
Грохот посуды, вилки, бутылки все летит на пол. Грудью я ощутил холод столешницы, а на заднице его руки, через секунду губы, он целовал меня там. Это, хоть и стыдно было тогда признаться, очень приятно, я перестал дергаться.
— Как же давно я этого хотел, Лерка, ты чудо — после его слов я опять провалился.
Пришел в себя от толчков сзади, боли не было вообще, просто чувство наполненности, растянутости колечка и жара его тела. Шлепки, чавкающие звуки, шепот Антона и опять толчки, толчки, звон оставшейся посуды. Я попытался сдвинуться, но чужая сильная рука прижала меня обратно.
— Тише-тише, милая, я почти, потерпи. — сказал босс и ускорился.
Через несколько минут член внутри меня задергался и что-то разлилось, это трудно описать, такое можно только почувствовать. Антон повалился на меня и пытался отдышаться.
— Это того стоило, Лера, красавица, спасибо, давненько такого не было. — потом он еще что-то шептал и целовал в шею. Я молчал, слишком много событий за один день.
Босс вынул член и из моей попки потекло, горячее, тягучее. Шлепок по заднице немного привел меня в чувства, и я уже хотел встать, но ощутил, что что-то твердое опять тычется в меня, а рука опять легла на спину.
— Потерпи, надо повторить.
— Нет, хватит — я опять делаю жалкие попытки.
Меня никто не слушает. Толчок и он во мне, твердый, горячий, будто и не кончил пару минут назад. Я кого-то так возбуждаю? Или просто у Антона давно не было секса и сейчас ему плевать куда и кому. Толчок и он почти вышел, чувствую легкое облегчение и опять он во мне. Босс наклоняется и шепчет:
О бренности