тобой всё и чтобы ты сделал со мной всё, что я бы сделала с любым мужчиной, а ты с любой женщиной», — сказала я. «Что может быть лучше, чтобы преодолеть свою застенчивость, скромность и сексуальные запреты, чем заняться с тобой сексом?».
Похоже, он не только согласился заняться со мной сексом, но и был готов заняться со мной сексом. Я становилась всё более сексуально возбуждена всем, что хотела сделать с его обнажённым телом, и от всего, что я хотела, чтобы он сделал с моим обнажённым телом. Я улыбнулась сыну, рассказывая своё сексуальное меню. Услышав всё, что я хотела сделать, я надеялась, что он не передумает.
«Я хочу целовать тебя, пока ты чувствуешь меня сквозь одежду. А потом, продолжая целоваться, будто мы парень и девушка, муж и жена или любовники, а не мать и сын, я хочу, чтобы ты медленно и сексуально раздевала меня. Как будто я твоя шлюха, а не твоя мать, я хочу, чтобы ты раздела меня догола», — сказала я.
Я замолчала, глядя на него. Я наблюдала за его реакцией на всё, что я сказала, и что ещё я собиралась сказать. Что-то настолько запретное, что я думала, поцелуется ли он с матерью. Когда он улыбнулся, подбадривая меня кивком, я продолжила рассказывать, чего ещё хочу, чтобы он сделал. Несмотря на то, что я была шокирована сексуальным возбуждением, я не могла поверить, что мой сын хочет заняться, со мной сексом так же сильно, как я хотела заняться сексом с ним.
«После того, как ты снимешь с меня одежду», — сказала я.
Вдруг почувствовав себя шлюхой, какой всегда была моя сестра, я остановилась. Он был не просто каким-то мужчиной, которого я приглашала домой, он был моим сыном. Не просто переступив черту, я сделала огромный шаг веры, что он займётся со мной сексом.
Мне было не комфортно просить его о сексе. Мне было неловко говорить ему, чего я хочу и что мне нужно, чтобы он сделал. Но, бросив себе вызов очиститься, я проглотила стыд и продолжила.
«Я хочу, чтобы ты меня мастурбировал. Тогда я хочу, чтобы ты меня облизал. Я хочу, чтобы ты доставил мне оргазм пальцами и языком», — сказала я.
Поражённая тем, что я прошу всё это у сына, я снова задумалась. Рассказать ему всё, чего я хочу, чтобы он сделал, возбуждало меня так же сильно, как и эмоционально не комфортно. Вместо того чтобы упрекнуть меня, вместо того чтобы испытывать отвращение от того, что я хочу заняться с ним сексом, он улыбнулся.
«Никогда не занимаясь оральным сексом, я хочу узнать, каково это. Я хочу, чтобы ты пожирал мою киску», — сказала я. «Ты можешь это сделать, сыночек? Ты можешь есть мамину киску?».
Ожидая его ответа, когда он меня ест, выходя за рамки того, что я раздеваюсь догола и позволяю ему фотографировать меня без одежды, ожидая, что он скажет нет, я снова замолчала. Удивив меня, вместо ответа он взял меня на руки, посмотрел мне в глаза и погладил по щеке. Он откинул мне волосы рукой. Потом он поцеловал меня. Он дал мне не только поцелуй в губы, который он дарит каждое утро и вечер, он страстно меня целовал.
Он раздвинул мои губы языком и ощущал мои груди через блузку и бюстгальтер одной рукой, а другой рукой сжимая мою задницу сквозь короткую юбку и трусики. Он поднял заднюю часть моей короткой юбки, чтобы почувствовать и сжать мою задницу в трусиках другой рукой. Затем он протянул другую руку к передней части и обхватил мою киску
Скорый-скорый поезд. Часть 2