Это я краснеть должен! Я даже не заметил, что дверь открывалась. Давайте замяли тему, а? Чайку с тортиком бахнем!
Он протянул руку:
— Кстати, я Егор. Приятно познакомиться.
Его ладонь была тёплой, крепкой и немного шершавой — видимо, от работы по дому.
Его звали Егор. Будущий отец Дениса...
Алина очнулась от воспоминаний, осознав, что пальцы уже давно скользят между ног. Тёплая волна накатывала от каждого движения. Это возбуждение не было вызвано ни Егором, ни Денисом — просто её тело напомнило ей, что она еще молода, что в ней ещё бурлит нерастраченное желание…
Она прикусила губу. Пальцы ускорились, дыхание стало судорожным. Наконец она выгнулась, впиваясь другой рукой в простыню, и вдруг — резкий спазм, тихий протяжный стон… яркая вспышка в голове…
Тишина.
Уже засыпая, она чувствовала сладкое освобождение от тяжести внизу живота…
Денис лежал, уставившись в потолок, нервно перебирая край одеяла.
— Эй, — толкнул его Дима, переворачиваясь на бок. — Ты чего завис?
Денис медленно повернул голову. Его лицо выражало странную смесь стыда и досады.
— Этой ночью… Алина меня видела.
— Видела? В каком смысле?
— В самом прямом. Когда я дрочил...
Дима приподнялся на локоть, брови поползли вверх.
— Ты че, придурок?
— Почему придурок? — Денис фыркнул. — Ты как будто не дрочишь, блин!
— Я? Нет, конечно! — Дима резко откинулся на подушку, но, поймав скептический взгляд брата, тут же поправился: — Ну… бывает.
— Ну вот. А чего тогда на меня гонишь?
— Точно видела тебя, или тебе приснилось?
— Да в двух метрах от меня стояла и смотрела! — Денис сделал ударение на каждом слове. — Зуб даю!
Дима задумался, потом усмехнулся:
— Мда… Эко ты вляпался.
— Да ничего я не вляпался, — проворчал Денис, отводя взгляд. — Просто… стыдно как-то, что ли. В мыслях не было, что она посреди ночи может зайти.
— Тебе стыдно?! Дэн, сегодня, похоже, град пойдет — я и не думал, что это чувство тебе знакомо!
— Ой, да хорош уже! — отмахнулся брат. — И так тошно…
***
Когда парни вышли на кухню, казалось, ничего не изменилось. Алина стояла у плиты в белом кружевном белье, что-то помешивая в кастрюле. Ложка звенела о край, запах кофе смешивался с ароматом омлета.
Дима привычным жестом чмокнул её в щёку, а Денис, избегая прямого взгляда, буркнул:
— Доброе утро…
И сразу же прокрался к своему месту за столом, отчаянно желая провалиться сквозь землю.
Но Алина не подала виду.
Лишь скользнула взглядом по Денису, прежде чем снова отвернуться к плите.
Разговор за столом не клеился. Обычно Денис разгонял утренние беседы шутками или болтовнёй, но сегодня он молчал, уткнувшись в тарелку. Дима перекидывался с матерью парой ничего не значащих фраз, а Денис лишь краем глаза следил за её движениями.
"Она делает вид, что ничего не было…"
С одной стороны — это огромное облегчение.
С другой — непонятно, как себя вести.
Вскоре Алина с Димой ушли в школу, оставив Дениса одного.
Он бродил по квартире, останавливаясь то перед зеркалом, то у окна, будто ожидая, что какое-то решение придет ему в голлву.
"Может, зайти к ней в кабинет? Извиниться? Закрыть тему?"
Но что говорить? "Прости, что ты меня застукала, неловко вышло"?
С другой стороны… если она не поднимает тему, зачем ему это делать?
"Нет, надо закрыть вопрос".
Он привык контролировать ситуацию.
А сейчас чувствовал себя так, будто кто-то перехватил управление.
И хуже всего было то, что этот кто-то — Алина.
Он шёл к школе медленно, будто сомневаясь, стоит ли ему сегодня там появляться. В голове крутился один и тот же вопрос: «Как подойти к Алине и завести разговор о вчерашнем?»
Но прежде чем начинать неловкий разговор, можно заглянуть к Тане — хоть немного
Последний звонок