На следующий вечер после нашего пятого доминирующего акта на даче, когда мама все еще дрожала от остатков вибратора и моих шлепков, напряжение между нами достигло пика. Папа был на работе, но мы знали, что он может вернуться рано — это добавляло риска, делая каждый момент экшеном, полным адреналина и запретного возбуждения. Мы решили вынести нашу страсть на улицу, под звездное небо, где лес мог скрыть нас, но любой шум мог выдать. Это был шестой раз, и мы хотели, чтобы он был самым страстным, полным экшеном — быстрым, жестким, с элементами погони и неожиданности.
Вечер опустился быстро, и мы вышли на террасу, где мама, Анна, в коротком платье, которое едва прикрывало её бедра, наливала вино. Её карие глаза блестели от предвкушения, грудь второго размера вздымалась под тканью. Я, Майк, в шортах, чувствуя, как мой член уже реагирует, подошел сзади, прижал её к перилам. "Мама, сегодня рискованно. Папа может приехать в любой момент. Но я хочу трахнуть тебя здесь, под звездами, как диких животных." Она повернулась, её губы коснулись моих. "Да, Майк. Я хочу, чтобы ты взял меня жестко, с риском. Трахай меня на открытом воздухе, где нас могут услышать, и я буду кричать твое имя." Её рука скользнула в мои шорты, обхватила мой 23-сантиметровый член, толстый и пульсирующий. "Ты такой твердый... Вчера ты связал меня, шлепал, и я кончала от вибратора. Сегодня — экшен, сынок." Вдруг мы услышали шум машины вдалеке — сердце екнуло, адреналин взорвался. "Беги в лес, мама! Если это папа, мы спрячемся, но я все равно трахну тебя." Она засмеялась возбужденно, сорвалась с места, её платье взметнулось, обнажая трусики. Я погнался за ней, мои мускулы напряглись, кровь кипела. Лес был темным, ветки хлестали по коже, но это только разжигало. Я догнал её у старого дерева, схватил за талию, прижал к стволу. "Ты моя добыча, мама. Раздевайся быстро." Она стянула платье, трусики упали, её киска уже блестела от возбуждения. Я сорвал свои шорты, мой член вырвался, готовый к действию. "На колени, шлюха. Соси, пока я слушаю, не едет ли папа." Она опустилась, рот обхватил головку, язык закружил, слизывая. "Ммм, Майк... Твой член вкуснее всего. В Египте ты кончал в мой рот — сделай это снова, но с риском." Я трахал её рот глубоко, держа за волосы, пока она давилась, слюна текла. Шум машины приблизился — мы замерли, но это был просто ветер. "Продолжай, мама. Ты любишь, когда я доминирую." Она ускорилась, её рука ласкала яйца, пока рот работал как вакуум. Я поднял её, прижал спиной к дереву, ноги обхватили мою талию. Вошел в пизду одним мощным толчком — она была тесной, горячей, сжимающей меня. "О боже, Майк! Трахай меня жестко, как в душе." Я начал двигаться, каждый толчок был глубоким, быстрым, её спина терлась о кору, оставляя царапины. "Да, мама, ты такая мокрая. Отец не знает, как ты стонешь от сына." Экшен нарастал: я услышал шорох — может, животное, но мы не остановились. Перевернул её лицом к дереву, вошел сзади, шлепая по заднице. "Кричи громче, мама. Пусть лес слышит, как я трахаю тебя." Она закричала: "Майк! Глубже! Я твоя шлюха — кончи в меня, залей все." Её оргазм пришел первым — киска сжалась, сок потек по ногам, она дрожала, царапая дерево. Я ускорился, чувствуя приближение. "Мама, я кончаю... В твою пизду." Горячие струи наполнили её, я пульсировал, держа крепко. Но риск не кончился — мы услышали настоящий шум машины. "Папа!
Визит к Эсахине