его член и ввела его себе во влагалище. Они оба застонали, когда пенис внука вошёл в неё, и их тела слились воедино.
— Как хорошо, бабушка, - простонал Игнат, двигая бёдрами, - Как мне хорошо.
— И мне хорошо, милый, - шептала Марта.
Она выгибалась всем телом навстречу его толчкам. Она чувствовала каждый его сантиметр, как он наполняет её, растягивает. Она чувствовала, как он ударяет по её шейке матки, и удовольствие нарастало с каждым толчком.
— Игнат, - выдохнула она, - Ты так хорошо трахаешь меня...... Я чувствую тебя так глубоко.
Он кивнул, его дыхание стало прерывистым.
— Я хочу кончить в тебя, бабушка, хочу наполнить тебя, своей спермой.
От его слов у Марты по телу пробежала дрожь, и она почувствовала, как внутри снова нарастает напряжение. Она обхватила Игната ногами, притянула его к себе, сжимая бёдрами.
— Да, милый, - простонала она, - Не сдерживай себя....Кончи в меня... Наполни своей спермой...
Внутри Игната нарастала неудержимая волна экстаза, желание кончить, разрядить и облегчить яйца, приближалось с каждым толчком. Он посмотрел на бабушку. Она извивалась под ним, её губы были раскрыты, и она хватала ртом воздух.
Их взгляды встретились. Они смотрели друг другу в глаза, и Игнат продолжил её трахать.
— Кончи милый, - задыхаясь, прошептала она.
И Игнат потерял контроль. Он застонал, его член мощно пульсировал, когда он наполнил её влагалище своей горячей спермой.
Он расслабился и рухнул на неё сверху. Их тела были скользкими от пота. Дыхание прерывистым. Они лежали, переплетясь телами, успокаиваясь и постепенно приходя в нормальное состояние. Марта посмотрела на внука, её глаза были полны любви и удовлетворения.
— Это было... волшебно, – прошептала она, её голос был полон нежности
Игнат улыбнулся, нежно целуя её.
— Да, бабушка, это было именно так..... И я хочу, чтобы так было всегда.
— Да, мой дорогой... и я этого хочу.... И если мы с тобой этого хотим, то так и будет.
Они провели у озера ещё некоторое время, наслаждаясь тишиной и покоем. Когда солнце начало садиться, окрашивая небо в оранжевые тона, они решили вернуться домой. Они шли, держась за руки, их сердца были полны счастья и предвкушения чего-то нового, чего-то ещё неизведанного, чего-то, что им ещё только предстояло испытать.
— Знаешь, Игнат, – сказала Марта мягким и задумчивым голосом, – Я никогда не думала, что озеро может быть таким... особенным. Я всегда видела его как место из прошлого, но сегодня оно стало частью нашего настоящего.
Игнат сжал её руку.
— И для меня, это тоже было нечто особенное. Ты открыла мне не только озеро, но и новую сторону себя. Я увидел тебя такой... свободной, такой желанной... и страстной женщиной с желаниями, а вовсе не бабушкой. Это было невероятно.
Они шли по тропинке, ведущей обратно к дому, и каждый их взгляд, каждое прикосновение было наполнено невысказанными словами, глубоким пониманием и нежностью. Марта чувствовала, как её тело всё ещё отзывается на прикосновения Игната, как тепло разливается по её венам, напоминая ей о страсти, охватившей их у воды.
— Кажется, мы нашли нечто большее, чем просто прохладу в жаркий день, – прошептала она, останавливаясь и поворачиваясь к нему, – Мы нашли... себя. Или, по крайней мере, ту часть себя, о существовании которой даже не подозревали. Мы позволили себе быть по-настоящему живыми. Быть собой. Не обращая внимания на разницу в возрасте, на всё, что могло бы нас сдерживать... даже на семейные узы.
— Ты права, бабушка, и я рад, что всё так получилось.
Игнат притянул её к себе, его губы коснулись её губ, и они снова начали жадно целоваться.
Арабский жеребец