заявила Анна. — «Я хочу, чтобы ты почувствовал, что ты принадлежишь мне и только мне.».
Она быстро переместилась. Одной рукой она оперлась на изголовье кровати, а затем, быстро и решительно, села на лицо мужа. Виталий вдохнул резкий, влажный, опьяняющий запах её тела и чужого семени. Его рот оказался прижат к её лобку.
«Вылизывай меня, Виталий. Сейчас же. Всю. До последней капли», — прошипела она, приказывая.
Он подчинился, его язык принялся исследовать её. Анна начала прижимать к его рту попеременно обе интимные области. Сначала — влагалище, откуда тонкой струйкой стекало семя двух мужчин. Он чувствовал горячую, липкую смесь. Затем она сдвигалась, и он чувствовал её анус, сжатый и пахнущий семенем соседа.
Она двигалась на его лице, наслаждаясь тем, как его язык очищает её. «Мне нравится», — стонала она, её голос был торжествующим. — «Мне нравится, когда ты полностью в моей власти. Когда я грязная, а ты делаешь меня чистой. Ты мой. Ты всегда будешь мой».
Виталий, уткнувшись в её влажное тело, лизал её, подчиняясь её воле, и в этот момент его унижение трансформировалось в абсолютную, неконтролируемую преданность.
Анна, тяжело дыша, почувствовала, как язык мужа стал работать увереннее и настойчивее, убирая остатки влаги. Она медленно покачивалась на его лице, наслаждаясь своей победой.
И тут, в момент абсолютной близости и его полного подчинения, она наклонилась, прижав своё влагалище ко рту мужа, прошептала голосом, полным откровения: «Знаешь, Виталий... Когда я ушла переодеваться, я не просто так закрылась в спальне на пятнадцать минут. Я не просто надела твой подарок».
Виталий замер, напряжённо прислушиваясь.
«Я позвонила Олегу», — произнесла она, делая паузу, чтобы насладиться реакцией мужа. — «Я сказала ему, что муж сделал мне потрясающий подарок, и что мне нужен он, чтобы его оценить. Я пригласила его.».
Она прижалась сильнее, заставляя его вдохнуть развратный влажный запах.
«Его визит не был случайностью, дорогой. Я хотела, чтобы ты увидел. Я хотела, чтобы ты послушал. Это всё было частью моего сценария. Я хотела, чтобы ты был моим бессильным, но возбуждённым зрителем, пока я развлекаюсь с ним».
Анна почувствовала, как Виталий дёрнулся. Оскорбление было полным, но его тело, выдавало неимоверное возбуждение. Его член вновь стоял.
«Ты ведь теперь ещё сильнее хочешь меня, да? Шлюху. Я вижу.», — прошептала она, и в её голосе звучала развратная нежность.
Десять писем. Часть II. Письмо седьмое