(да и уже выросла) настоящей красавицей. Печально-задумчивое выражение лица лишь придавало её облику грустного очарования. Леночке вдруг стало очень жалко дочь и вместе с этим ещё сильнее захотелось её приласкать.
— Мама... Я... Не... – начала Даша, заметив, наконец, в дверном проёме её силуэт.
— Ничего не говори, – прервала её Леночка, сделав останавливающий жест ладошкой. – Раздевайся и ложись на живот.
— Ты что, пороть меня будешь?.. – недоверчиво, с внутренним напряжением спросила Даша.
Леночка от неожиданности хихикнула.
– Нет, вести разъяснительную работу, – ответила она фразой из кинофильма. – Сейчас вот только возьму, как говорится... плётку, – слово «розги» напрочь вылетело у неё из головы, зато воображение услужливо подбросило мысль о другом аналогичном аксессуаре, весьма уместном в садомазохистских играх. – И как начну!
От слов про плётку Даша слегка вздрогнула, но послушно стянула с себя ночнушку, обнажив своё худенькое тельце, по-подростковому немного нескладное, но уже начавшее наливаться женской красотой. Её плечи были ещё несколько угловатыми, зато небольшие, но ладные бугорочки грудей, выпуклые бёдра, рельефные прокаченные ножки (Даша занималась лёгкой атлетикой), а особенно упругая и достаточно объёмная попка недвусмысленно говорили о том, что в своём [...]дцатилетнем возрасте девушка находится в процессе созревания и превращения в женщину. Чуть оттопырив свою пятую точку, Даша легла на кровать и с опасливым любопытством повернула голову назад.
– Дурочка ты у меня, Дарья, – улыбаясь, продолжала тем временем Лена. – Я тебя и в детстве никогда не порола. Даже в угол не ставила. Вот так и лежи.
Услышав её смех и шутливые интонации, Даша сообразила, что ситуация разрядилась, и немного успокоилась. К ней начало возвращаться её обычное ёрничанье.
– Не поняла, лЕжи или лИжи? – лукавым голоском переспросила она.
– Ох, и в кого ты такая язвительная? – вздохнула Леночка, стараясь не показывать ей своего волнения. – Лежи, конечно. «А лизать буду я...» – добавила она про себя. Вслух же Лена продолжила:
– Расслабься хорошенько. Хочу сделать тебе массаж.
«Эротический?» – чуть не уточнила Даша, но сдержалась и полушутя, полусерьёзно протянула:
– М-м-м, масса-аж... А ты умеешь?
– Я ещё и не то умею, – снова усмехнулась Леночка.
Обнаружив возле изголовья дашиной кровати жидкий крем с дозатором, она мысленно обрадовалась: «То, что надо!». Лена нанесла немного крема себе на ладонь и начала растирать Дашу неспешными круговыми движениями.
Делать хороший массаж она, конечно же, не умела, да и не собиралась. Немного поразминав дашину ровную спинку в области лопаток, Лена опустилась ниже, и вот уже её ручки обхаживали сначала поясницу, а затем и бархатные ягодицы дочери. Даша балдела, тихонько мыча от удовольствия. Пора было переходить к главному – ради чего, собственно, Леночка всё это и затеяла. Глубоко вздохнув, она всё так же плавно раздвинула дашенькины белоснежные полушария, между которыми открылась ложбинка с нежнейшим розовым колечком ануса, где совсем недавно гостили шаловливые пальчики юной девушки. Попочка выглядела абсолютно девственной, и леночкино сердце опять учащённо забилось. «Пока ещё не поздно остановиться! – отчаянно внушал ей внутренний голос. – И тогда это останется просто массажем!». «Ну уж нет! Была-не была!» – решительно отвергла она все сомнения и в следующую секунду прильнула своим горячим языком к манящему анальному отверстию. Окончательно разомлевшая Даша сразу замерла. Она перестала мычать, сопеть и вообще словно затаилась, но и не отторгала леночкиных ласк. Увидев в этом хороший знак, Лена воодушевилась и продолжила полировать похотливым язычком заветную ложбинку и края ануса, постепенно проникая между его приоткрытых створок. Даша начала слегка двигать попой и негромко, но явственно постанывать. «Процесс пошёл! – промелькнуло в
Игра в насилие