мать и брата. Дрочил и смотрел на свою стройную и страстную мамашу. Она действительно была чертовски хороша фигурой: стройные ножки, красивая копна волос, которая сейчас разметалась по подушке, словно золотистый ореол. Ого! Саша как раз схватил маму за волосы и стал трахать яростнее, дергая ее голову назад. А страстная Лариса, словно не замечая боли, сама двигалась назад, насаживаясь на член старшего сына, ее стоны становились все громче и откровеннее. Пару минут такого бешеного траха, и она остановилась, тяжело дыша, ее тело дрожало.
— Сашенька, не кончай. Сегодня в попку хочу. Трахнешь? — прошептала Лариса, ее голос был хриплым от возбуждения, словно она только что пробежала марафон.
— Конечно, мама, — ответил Саша, его голос тоже был сдавленным, полным предвкушения.
— Вон там. Возьми смазку на тумбочке, — Лариса кивнула в сторону прикроватной тумбы, не меняя позы. — Ага, смажь и попку, и себе головку. Входи. Аккуратнее, сыночек. Аккуратнее. Боже, какой ты настырный. Блин, какой он у тебя толстый. Офигеть. Сыночек, что же ты творишь. Д-а-а-а-а. Хорошо-о-о-о. Еще, еще. Сыночек, не останавливайся.
Лариса выпрямила руки, давая сыну возможность поглубже засадить ей в попку свой член и хорошо трахать ее. Ее тело напряглось, каждый мускул отзывался на его движения. Мать так сильно тащилась при этом анальном трахе, что довольно громко стонала, ругалась сквозь зубы и мотала головой, ее лицо было скрыто подушкой, но тело говорило само за себя. Мне, наблюдающему из-за двери, как мой старший брат трахает маму, оставалось то яростно дрочить дымящийся хуй, и уже готов был взорваться, почувствовать собственный, мощный оргазм. Трахающиеся на кровати тоже были на грани кайфа, их движения становились более резкими, их стоны — более отчаянными.
— Да, сыночек, да! Кончай. Кончай в попку, мой мальчик. Хочу. Сашенька! Ты… Ты… Кончай же, сучий ребенок… — ее голос сорвался на хриплый шепот.
Ноги женщины задрожали, словно под воздействием электрического тока, сиськи затряслись в такт движениям. И мать, и брат издали рык кайфа и почти одновременно кончили. И я кончил вместе с ними. И опять себе в кулак. Точнее, в трусы, так как я разжал кулак, и сперма брызнула, намочив ткань. При оргазме мне показалось, что на долю секунды моя мать глянула на дверь, за которой скрывался младший сын. Может, показалось. А может, и нет. Эта мысль пронзила меня, как разряд тока.
Опять украдкой я прокрался к себе, беззвучно улегся в кровать. И снова в моей голове крутилось увиденное. Каждая деталь, каждый стон, каждый шорох. Но этот раз я абсолютно не сомневался в том, что именно мать трахал пару ночей назад мой брат. А сегодня трахал даже в попу. И было это красивее, грязнее и возбуждающе, чем в любой порнухе. Дааааа, мама, конечно, такая сексуальная, такая страстная. Я опять взялся за стоящий член и стал двигать его. Я представил себя на месте старшего брата. Я представлял, как толкаю свой возбужденный член в попку матери, как смотрю на нее, на ее спинку, на лопатки, на вздернутую вверх попку. Несколько минут таких фантазий и яростного дрочения, как новый оргазм накатил меня, заставляя тело содрогнуться. На этот раз я не сдержал стона, но он растворился в тишине моей комнаты, словно незваный гость.
После той ночи, когда я стал свидетелем, а потом и участником (пусть и дистанционным) анального триумфа Саши над матерью, несколько дней прошли в каком-то странном, тягучем затишье. Днем все было как обычно: завтраки, обыденные разговоры, Лариса, играющая роль заботливой мамы, Саша, изображающий обычного парня, которому девчонки на работе
Турецкая баня