экзамену и речи быть не могло. Айгуль совершенно не могла сосредоточиться на том, что читает в учебнике. Перечитывала каждую фразу по нескольку раз, но никак не могла понять смысла только что прочитанного. Хотелось поговорить с подругой. О сексе, разумеется. Хотелось знать всё. Что чувствовала Ева, лишаясь невинности? Какого размера может быть мужской член? Насколько большим? И что, целиком помещается во влагалище? Не в силах утерпеть, Айгуль сама начала разговор с подругой. Куда делась её замкнутость?
— Умница! - похвалила её Ева, с нетерпением ожидавшая когда же наконец подруга наберётся смелости и заговорит - Ты правильно делаешь, что меня спрашиваешь. В самом деле, кто, кроме меня откроет тебе глаза на настоящую жизнь. Подумай сама, разве твои строгие родители станут тебя просвещать? Нет. Они тебя осудят, а может быть даже накажут за нездоровое, как им кажется, любопытство. Большая удача, что ты меня встретила.
Айгуль тоже так считала. Она принялась засыпать Еву вопросами. Ева охотно отвечала, время от времени сопровождая ответы комментариями типа:
— Ты бережёшь невинность для жениха. Он тоже хранит тебе верность. Так откуда появиться сексуальному опыту? Измучите друг друга, озлобитесь. Что у вас будет за семейная жизнь?
— Как же я наберусь опыта, если должна хранить невинность до свадьбы? - возражала Айгуль.
— Как будто ты не понимаешь. Физик поимел тебя её попку, математик в рот, а она всё дурочкой прикидывается. У тебя есть попочка, ротик и ручки, чтобы доставить мужчине и самой себе удовольствие. Не умеешь. Ничего, я научу.
Когда в ответ Айгуль с сомнением качала головой, Ева говорила:
— Ты - девочка из Азии, а вокруг сплошные европейцы. Если тебе станет от этого легче, можешь считать, что если ты занимаешься сексом не со своим соплеменником, казахом, а например с русским или кавказцем, то не изменяешь ни жениху, ни вашим обычаям. Ведь обычаи казахские. К остальным мужчинам, а тем более к женщинам, никакого отношения не имеют.
Тут было над чем подумать. А многократное повторение, превращало слова Евы в несомненную истину.
На третью ночь Ева снова была в постели Айгуль. Только на этот раз, едва Ева нырнула к подруге под одеяло, казашка к своему ужасу поняла, что та совершенно голая. В две предыдущие ночи обе девушки были в ночнушках. Их тела разделяла пусть тонкая, но ткань. Айгуль инстинктивно попыталась отстраниться, но прикосновение Евиных губ к её губам быстро лишило её воли к сопротивлению. Приятная дрожь во всём теле, прерывистое дыхание, бешеный стук сердца. Евины руки задирают подол её ночнушки.
Так нельзя. Никто, кроме мужа, не должен видеть её голой. Даже девушка, даже единственная подруга. Да, перед математиком Айгуль разделась. Но ведь против воли, по принуждению. Тогда она не могла возразить, а сейчас - то может. Айгуль сделала слабую попытку сопротивления. Одёрнула подол и пробормотала что - то невнятное. Ева закрыла ей рот поцелуем, опять оголила бёдра и живот подруги и бесцеремонно запустила руку ей в промежность.
Айгуль вздрогнула как от ожога, но не нашла в себе сил отстраниться. Прикосновение Евы к заросшей чёрными густыми волосами щели казашки оказалось очень приятным. Опытная рука подруги быстро нащупала нужный бугорок и, оттянув капюшон, занялась лаской клитора. Ева видела внутреннее сопротивление казашки, но не придавала ему никакого значения. Главное не останавливаться, не терять взятого темпа. У Евы есть два надёжных помощника: женская физиология и детское любопытство Айгуль.
Айгуль чувствовала растущее тепло внизу живота. Очень хотелось продолжения. Хотя бы для того, чтобы узнать что же будет дальше, что ещё будет делать подруга. Изменяет ли Айгуль жениху7 Нарушает
Note 1