Не успела Полина хоть немного перевести дух, как его место тут же занял его приятель.
– У тебя уже стоит? – удивился первый мужчина.
– Полная боевая готовность!
– Быстро ты! – восхитился тот.
– Да на таких девочек у меня всегда стоит!
Полина обессиленно мотала головой:
– Нет... Нет...
– Да, сучка, да!
Его член вошёл в измученное влагалище девушки. Насилие продолжилось. Мужики гоготали и перебрасывались похабными шуточками с матерком: сильные, весёлые, уверенные в себе, эти подонки были очень довольны происходящим. Полина плакала и жалобно стонала: у неё уже не было никаких сил. Ей даже не хотелось, чтобы мужчина побыстрее кончил, чтобы он перестал делать ей больно, чтобы насильники оставили её в покое и ушли. Ей хотелось просто умереть. Но её мучения продолжались. Лишь только мужчина кончил, Полину перевернули на живот, и его напарник уселся на неё в позу наездника.
– Поскакали, кобылка, – засмеялся он, несколько раз «пришпорив» девушку коленями. – Ну, давай. И-го-го!
Полина не отреагировала. Тогда он дёрнул её за волосы:
– Ты чего, не поняла, лошадка? И-го-го, я сказал!
– И-го-го! – срывающимся голосом крикнула девушка. Мужик дёрнул её за волосы сильнее:
– Ещё!
– И-го-го!
Ещё сильнее:
– Давай!
– И-го-го! – зашлась Полина в плаче.
– Вот так!
Мужчина немного поёрзал, приподнялся и вдруг всадил свой член Полине в задницу, снова вдавив девушку в песок. Она истошно закричала.
Полина потеряла ощущение времени. Ей начинало казаться, что в её жизни никогда не было ничего, кроме этой обжигающей боли и этого страшного мужика. А он всё насиловал, насиловал, насиловал её. И-го-го. И-го-го. И-го-го...
Наконец он кончил и поднялся, натягивая плавки. Полина недвижно лежала на песке. В голове у неё был туман. Голоса мужиков доносились до неё глухо, словно из-за стены. Они становились всё тише и тише и наконец исчезли совсем.
Когда Полина пришла в себя, вокруг было тихо, лишь птички весело чирикали над головой. Солнце было уже довольно высоко и начинало припекать. Полина с трудом поднялась на ноги и осмотрелась. Ни её одежды, ни сапа не было. Плача, девушка начала метр за метром обшаривать островок. Она ежесекундно оборачивалась: ей было страшно, что мужики притаились где-нибудь неподалёку и сейчас выскочат и снова набросятся на неё. Но кроме неё, на острове никого уже не было.
Примерно через час она нашла свои вещи. В кустах валялась доска, рядом с ней, вся в песке, – одежда. Весло было сломано пополам. Полина оделась, подтащила доску к воде и начала путь домой. Работать обломком было очень тяжело и неудобно. Полина упорно гребла с искажённым злобной гримасой лицом, но когда физические и душевные силы совсем оставляли девушку, она бросала весло, ложилась ничком и громко плакала. Потом немного успокаивалась и снова принималась остервенело грести...
Мой папочка грязный развратник