Или же, ты сегодня остаёшься тут, получаешь удовольствие, пользуя Юлю, на которую у тебя сейчас хуй стоял, никто ничего не увидит, и не узнает, даже Юля, что ты сейчас за ней подсматривал. Твоя жена так же, ничего не будет знать, и об этом разговоре, то же, ты, остаёшься тут, как–будто ничего и не было.
Но, взамен, ты тоже не будешь мешать мне получать удовольствие. Илья, вот включенный диктофон, я записываю наш разговор! Это для доказательства того, что ты сам сделал выбор, так, что, если ты потом откажешься от своих слов, у меня будут доказательства, с соответствующими для тебя последствиями. Потому, у тебя два варианта, выбирай любой! Выбор за тобой! Выбирай! Или ты соглашаешься, даёшь мне руку, или, нет. Ну, а если нет, то о последствиях я тебе уже всё только, что рассказал! Борис протянул ему руку.
Илья понял, что хитрый банкир загнал его в угол. Оба варианта были для него неприемлемы. Но, нужно было выбирать. Покрыть себя позором перед родственниками, перед своей женой, которая, после этого, скорее всего, уйдёт от него. Быть избитым, а то и покалеченным, и ещё раз опозоренным перед всеми, когда его будут выгонять, объяснив всем причину, объявив его извращенцем… А если Боря и правда посадит его? Нет, всё же, лучше выбрать меньшее из зол. И он подал Борису руку.
— Вот и отлично! Но помни, не мешайся мне сегодня до завтрашнего утра! Да и завтра не мешайся! Да и вообще, не мешайся! Понял меня?
— Да, не буду.
Открытым текстом никто ничего не говорил, но всем всё было понятно. Илья сейчас, разрешил Борису пользоваться своей женой.
— Пойдём в дом, я представлю тебя парням!
Когда они обходили дом, у Бориса зазвонил телефон. Чуть отстав, он взял трубку.
— Да! Уже соскучилась? Да, я уже скоро, сейчас, завершу тут одно дело и лечу к тебе как на крыльях!
Ааа, понятно, твоя девочка уже истосковалась.
Ладно, пусть потерпит немного, скоро я приведу к ней её дружка. Выпей пока винца.
Всё, солнышко, я скоро! – Борис сбросил.
Когда они зашли, он проводил Илью на кухню. Достал из холодильника бутылку коньяка, налил по половине в пузатые бокалы, и подав Илье, один, сказал:
— За нашу с тобой сделку! Поверь, ты ничего не теряешь! Я не увожу чужих жен, и не разбиваю семьи, я становлюсь другом, другом семьи! Не более! Давай, за дружбу, зачем вражда? – Он протянул свой бокал к нему.
— Давай! Лучше плохой мир, чем хорошая война!
Они выпили. Боря достал шоколадку.
— Закусывай, родственник!
— Почему родственник?
— Так, ты уже как два дня являешься мне молочным братом. Извини, за такую откровенность, но давай уж на чистоту, что тут кругами ходить, всё же, всем понятно! Так, что, по факту, мы с тобой одну грудь сосали, и в одной пизде бывали! Ты, кстати, за все эти дни, на неё хоть залазил?
— Нет, она говорит, что у неё живот перед месячными болит.
Борис засмеялся.
— Ох уж эти женщины, всегда выкрутятся! Не верь им!
Борис налил ещё, Илье, половину бокала, а себе на донышке. – Ну, ты же сам понимаешь, что мне ещё ночь трудиться нужно, так что, много нельзя. Как говорится: рождённый пить ебать не может! И это, кстати, одна из проблем, как твоя лично, так и большинства из тут присутствующих. Мне интересно наблюдать этот спектакль, я выставил еду и алкоголь, на столах полно всего, так, на дармовщину, все жрут и пьют как свиньи. Уже и в глотку не лезет, а они всё жрут и
Фотограф