бы это сейчас было неуместно. Я хотел дождаться ухода этого мужчины и тогда, собравшись с мыслями, все обдумать и принять какое-то решение. Но Вика начала двигаться. Она медленно, стараясь не разбудить его, перелезла через его ногу и устроилась в том самом, уже привычном месте между его ног. «Нет, Вика, нет. Хорошо, вчера он шантажировал тебя, угрожал. А сейчас. Сейчас он спит. Вика, нет. Остановись». Я рыдал внутри себя, но мои глаза, предательские и жадные, продолжали пожирать все, что происходило в спальне.
Грабитель проснулся. Он с удивлением посмотрел вниз, на склонившуюся над ним мою жену. Наверное, он не ожидал так приятно проснуться. А моя Вика, моя беременная жена, как будто не в себе, продолжала двигать головой. Мне казалось, сегодня она наклонялась сильнее и пыталась принять его глубже, чем вчера. Митяя в этот раз хватило ненадолго. Громкого стона не было, и он не положил руку на ее затылок. Просто я увидел, как он сильнее запрокинул голову, а моя беременная жена активнее делала движения, а потом замерла, прижавшись лицом максимально низко к его паху. И затем ее тело содрогнулось от тихого, сдавленного кашля. Как будто она поперхнулась. Не может быть. Она сама. Добровольно. Все это делала. Возможно, те самые просмотренные порноролики сейчас в ее голове требовали повтора. Требовали, чтобы она испытала на себе то, что так долго вызывало у нее тайный трепет. Глубокие минеты, приемы, которые поражали меня своей, как мне казалось, нереалистичностью. А самое странное в тех порно было, когда мужчина кончал, глубоко погрузив член ей в горло. Возможно, сейчас в спальне происходило именно это.
Я снова отпрянул от двери. Я чувствовал, что меня предали. По-настоящему. Что теперь Вика делала это сама. И она хотела этого. Ей не было оправдания. Злость, обида, унижение все это кипело во мне, создавая гремучую смесь. Я хотел, чтобы это поскорее закончилось. По квартире за дверью послышались шаги, звуки туалета, потом тарелки загремели на кухне, и аромат готовки проник в кладовку. И самый приятный, самый домашний аромат - варящегося кофе. Я вспомнил, как у нас все начиналось, как мы обживали эту квартиру, как часто и страстно занимались сексом. Как это все было давно. Из моих мыслей меня вырвал яркий свет из коридора, ворвавшийся в кладовку после открытия двери. Передо мной стоял веселый, бодрый Митяй. Он смотрел на меня с той же старой ухмылкой.
— Пошли в туалет.
— Митяй, развяжи меня, дай нормально сходить в туалет. Руки затекли, и ноги онемели. Сильно затянул ты узлы.
Он помолчал, оценивая меня. Ну смотри. Я с твоей на кухне буду. Если что удумаешь, сразу козочку твою прирежу. Понял.
— Да, понял.
Он развязал мне сначала ноги, потом руки. Я с трудом встал, опираясь на стену. Руки, заняв свое привычное положение, заныли от боли и притока крови. Ноги не слушались, такое чувство, будто я перемещал чужие конечности, которые ко мне просто пришили. Я зашел в туалет и смог наконец спокойно сделать все утренние процедуры. Даже почистить зубы. Это привычное движение давалось рукам с трудом. Почувствовав, что мои руки и ноги начали постепенно возвращаться к жизни, я вышел. Митяй ждал меня с ножом в одной руке и веревкой в другой.
— Давай, руки за спину.
— Слушай, они только в себя пришли. Завяжи мне их спереди. Я не буду развязывать их. Но я не смогу так еще, сзади.
Он снова оценивающе посмотрел на меня, потом бросил взгляд в сторону кухни и показал характерное движение ножом возле своей шеи. Ладно, давай. Но если
Эпизод