расплющив нос о живот, замер — и горячие толчки ударили в горло, один за другим. Она прилежно глотала, продолжая двигать языком и щеками, давиться и высасывать остатки губами, шумно вдыхая носом, пока член не обмяк, и её голову оттолкнули. Не поднимаясь Наталья подняла глаза, заглядывая в лицо своему "мучителю", медленно вытирая рот тыльной стороной ладони. Губы распухли, глаза красные, со слезинками в уголках, на подбородке размазанная сперма со слюнями. Она ждала во взгляде парня то самое уничижительное пренебрежение к "соске", которое она заслужила.
— Всё, — выдохнула она хрипло, но твёрдо. — Получил своё. А теперь иди домой!
Лёшка слабо кивнул, всё ещё стоя рядом. Он отвёл взгляд в сторону, будто не она, а он совершил что-то нехорошее и стыдное.
— Тёть Наташ… — прохрипел он. — Ты обалденная соска! Прямо улёт! Можно я завтра… ещё приду?
Она тяжело поднялась, опираясь рукой о колено, встала вполоборота и посмотрела на него со смесью злости и стыда, с внутренней дрожью вспомнив "сон в руку".
— Я тебе не подружка обслуживать! Найди себе девчонку! У меня муж, сын! Что будет, если они узнают?!
— Никто не узнает! Клянусь! Хотите я с Олегом поговорю?! — обрадовался Алексей, уловив в её словах слабую надежду.
— О чем поговоришь? Можно ли выебать его мамку? Думаешь согласится?! - Голос Наталь зазвенел от волнения, - Не вздумай! Алексей! Что ж ты на мою голову свалился! Уйди, прошу! — замахала она на него руками, выгоняя.
— Да не прямо спрошу, а в обход! — увертывался он от её ладоней, отодвигаясь к двери.
— Всё равно узнает! Прошу тебя, заклинаю: забудь дорогу и отстань от замужней женщины! Это была разовая акция, из-за помутнения рассудка! — Крикнула она вдогонку и с облегчением закрыла за ним дверь на замок, подёргав ручку для верности.
Её колотило. Чувства были настолько разнонаправленными, что, оставшись одна, даже не дала волю рукам. Живот тупо ныл, соски болезненно опухли, а она стояла у окна, смотрела вслед удаляющемуся парню и ощущала себя в ловушке, в которую её загнали собственная похоть и больные фантазии. Теперь с роковой неотвратимостью превращались в реальность. Она не боялась Алексея — она боялась себя.
Веселые истории