его пальцы впились в её бёдра через сетку гамака. Он кончил застыв глубоко внутри, серией горячих, пульсирующих выбросов. Она почувствовала, как её заполняют. Как обжигающие струи бьют куда-то глубоко-глубоко. Как пульсирует и дергается в ней инородное и такое родное тело. От этого ощущения — что он сейчас заполняет её, что она чувствует пульсацию его члена внутри себя, — её собственное тело наконец сорвало с тормозов. Второй оргазм, уже не тихий, а сокрушительный, выкрутил её изнутри. Её крик был громким, долгим, диким, всё её существо свело судорогой, и она вцепилась в сетку гамака, чувствуя, как её внутренности молотком бьются о его ещё пульсирующий член.
Он выскользнул, его мокрый член упал ему на живот. Он тяжело дышал, глядя на неё. Глубокое удивление отразилось в ее глазах. Потом он поднялся и убежал, не оглядываясь. На траве валялись забытые шорты.
Лена лежала в гамаке, чувствуя, как его сперма вытекает из неё и тёплыми каплями падает на траву. Она провела пальцами между ног, собрала смесь их соков, поднесла к лицу, вдыхая запах. Потом облизала. Всё было именно так, как она задумала. Жаль, что она так и не поняла кто из соседских подростков-близнецов это был. Гамак легонько раскачивался неуловимо резонируя с чем-то у нее внутри.
Она у нас одна на всех