Лежать на полу покрытой засохшими слоями спермы, виски и пота, стало наконец-то невыносимо даже для Алисы. Тело начало остывать, липкость становилась отвратительной, а где-то в глубине сознания, под толщей разврата и алкоголя, начинало шевелиться что-то похожее на остатки совести.
Девушка с трудом поднялась на ватные ноги.
Мужчины уже разбрелись по коттеджу, кто-то спал, кто-то смотрел телевизор, абсолютно не обращая на нее внимания. Алиса была использована и отставлена, как одноразовый презерватив, который принял свою порцию спермы и тут же стал не нужен.
И это ее совершенно не смущало.
Девушка побрела в сторону ванной, нащупывая дорогу вдоль стен. Большая, с душевой кабиной из матового стекла, ванная комната показалась ей раем. Алиса включила воду, дождалась, пока та станет достаточно теплой, и залезла под сильные струи.
Вода смывала с нежной кожи всю грязь прошедшей ночи. Сперма, пот, слюни и смазка — все это стекало по девичьему телу в слив, оставляя после себя чистую, но покрытую следами разврата кожу. Синяки на бедрах и на руках, где ее слишком сильно держали, и ссадины на коленях от долгого стояния на жестком полу. И без того чувственные губы были распухшими, чувствительными, а половые губы — воспаленными и болезненными при самом легком прикосновении.
Алиса осторожно провела рукой между ног и вздрогнула — там все болело, но при этом по-прежнему было влажно и готово к новым подвигам. Она с отвращением и наслаждением разом смыла остатки чужих выделений и своих соков.
Деушка нашла на полке гель для душа с запахом апельсина и тщательно вымылась им с головы до ног, стараясь отмыть даже память о вчерашнем дне.
Но память не смывалась.
Алиса вспоминала смутные образы лиц мужчин, их руки, члены и стоны, и внутри нее снова пробуждался тот самый блядский голод. Девушка быстро вытерлась жестким полотенцем, стараясь не смотреть на свое отражение в зеркале — опухшее лицо, синяки из-за недосыпа под глазами, запекшиеся ранки на губах.
Ее одежды нигде не было. Алиса вспомнила, что платье и трусики осталось в клубе, и надела свое пальто на голое тело, лишь немного поправив чулки — они были порваны в нескольких местах, но другого выхода не было. Туфли нашлись у входа.
Так, голая под пальто, с растрепанными влажными волосами и чистым, но помятым лицом, она выскользнула из коттеджа, не попрощавшись ни с кем из недавних любовников.
Такси до города Алиса ловила на трассе, куда ее подвез кто-то из мужчин на своем внедорожнике. Он даже не вышел попрощаться, а просто откинул дверь и уехал обратно. Девушка стояла на обочине, под зимним ветром, и чувствовала себя последней шлюхой - и это чувство пьянило ее похлеще текилы и виски.
Дорога домой пролетела в тумане. Алиса дремала на заднем сиденье, а в голове проносились обрывки прошедшей безумной ночи: вспышки света, обрывки стонов, вкус спермы на языке, тяжесть залуп на лице, жадные руки на огромных сиськах.
Артем открыл дверь с сияющей, счастливой улыбкой. От него пахло свежей выпечкой и домашним уютом – не так, как в компании возбужденных самцов.
— Лисенок! Наконец-то! — мужчина распахнул объятия, но тут же замер, его взгляд скользнул по ее внешнему виду. — Ты... в чем это ты? Где платье? Или это такой новый стиль?
Алиса, распахнувшая пальто перед заходом в дверь, заставила себя улыбнуться, заглянула супругу в глаза, стараясь выглядеть уставшей, но невинной:
— Ой, Тем, не спрашивай. Полный конфуз. Я у Ирки пролила на себя целый бокал красного вина. И на платье, и на... все остальное. Пришлось все снять и постирать. Оставила сушиться у нее. Приехала вот так, в чем была.
В Авто сервисе.