обхватила тебя ногами, притягивая ближе, глубже, до самого дна. Ты издал утробный рык, ускоряя темп. Каждое движение – удар молнии, пронзающий и ослепляющий, оставляющий после себя лишь пепел желания.Мои ногти вонзились в твою спину, и ты застонал, накрывая мои губы грубым, почти болезненным поцелуем. Я ощущала, как твое дыхание сбивается, как напрягаются мышцы под моими руками, и понимала – ты на грани.
– Я не отпущу, – прошептала я, цепляясь за тебя.Ты рассмеялся – низко, темно – и в последнем, неистовом толчке сорвал с моих губ крик, прежде чем самому погрузиться в пучину наслаждения.Мы обмякли, тяжело дыша, а твои пальцы запутались в моих волосах.
– Это только начало, – прошептал ты.И я поверила.Твои пальцы скользнули по моему животу, оставляя за собой змеящуюся дорожку мурашек, словно предвкушение молнии перед ударом. Твои губы вновь нашли мою шею – теперь мягкие, почти нежные – и этот контраст только усиливал ощущение дикости, когда ты снова вошел в меня, словно желая убедиться, что я не забыла ни тебя, ни этот момент.
– Ты так горяча... – прошептал ты, словно ветер, несущий с собой грозу.Я вцепилась в твои волосы, чувствуя, как они скользят между пальцами, и застонала, когда ты углубился еще больше. Ледяная стена за моей спиной лишь подчеркивала жар, исходящий от наших тел, сплетенных в один неистовый танец.
– Не останавливайся, – выдохнула я. Мои слова звучали как угроза, как мольба, как обещание. В ответ ты издал утробный рык, эхом разнесшийся в тишине комнаты, смешавшись с моими стонами. Твои руки сжали мои бедра так сильно, что я почувствовала, как они начали неметь, но отпускать не хотела – никогда.
– Ты вся моя, – прошептал ты. Это была не просто констатация факта, а клятва, выжженная в моем сознании. Я кивнула, лишенная дара речи, и почувствовала, как твои губы накрывают мои, заглушая крик восторга, когда ты достиг пика. Мы рухнули на пол, тяжело дыша, и ты притянул меня к себе, запустив пальцы в мои волосы.
– Это только начало, – повторил ты, и я почувствовала, как твои пальцы скользят по моей спине, рисуя узоры, обещающие продолжить это безумие. Отвечать было незачем. Твои глаза говорили все за нас обоих.
Большая перемена.