Летний полдень висел над дачей профессора Самсонова тяжёлым зноем. Такси остановилось у кованых ворот, и из машины вышла студентка Саша: восемнадцать лет, короткие платиновые волосы, белый обтягивающий топ и джинсовые шорты, едва прикрывавшие верх бёдер. В руке она держала тонкую пластиковую папку с зачёткой.
Саша подошла к домофону, приподнялась на цыпочки, чтобы камера поймала её лицо, и улыбнулась так, словно уже знала, чем всё закончится.
— Сергей Викторович, это Саша Воронова... я приехала закрыть долг по вашему предмету, — произнесла она мягко, почти шёпотом, но чётко.
Через секунду тяжёлые ворота медленно поползли в сторону. Саша вдохнула горячий воздух, поправила волосы, ещё раз взглянула на своё отражение в тёмном стекле такси и, не оглядываясь, пошла по гравийной дорожке к дому. Каблуки её босоножек цокали уверенно, будто отбивали последние секунды до начала экзамена, который она собиралась сдать любой ценой.
Сергей Викторович ждал её на просторной террасе, выходящей к бассейну. Солнце било прямо в белую плитку, отражалось от воды и слепило глаза. Он сидел в плетёном кресле, в тёмно-синей рубашке с закатанными до локтя рукавами и в строгих брюках, будто собрался не на дачу, а на защиту диссертации. На носу — тонкие очки в металлической оправе, в руках — чашка кофе, из которой он так и не отпил ни разу.
Саша вышла из дома через стеклянную дверь, не спеша. Волосы её слегка растрепались от ветра, топ плотно обтягивал грудь, а шорты сидели так низко, что при каждом шаге виднелась тонкая полоска загорелой кожи над поясом. Она остановилась в двух метрах от него, поставила папку на стеклянный столик и улыбнулась той самой улыбкой, от которой у половины курса мгновенно падало давление.
— Добрый день, Сергей Викторович. Спасибо, что приняли так быстро.
Он кивнул коротко, не вставая, и указал на кресло напротив.
— Садись. Надеюсь, ты подготовилась.
Саша села, не просто села, а устроилась так, будто позировала для журнала: одну ногу поджала под себя, вторую вытянула и медленно скрестила с первой. Она открыла папку, но вместо конспектов и билетов достала маленький серебристый баллончик взбитых сливок.
Сергей Викторович нахмурился.
— Воронова, это что?
— Это... вспомогательный материал, — ответила она спокойно и нажала на кнопку. Белая струя сливок вырвалась вверх, Саша подставила под неё указательный палец, потом медленно облизала его, не отрывая взгляда от преподавателя. - Я подумала, что теория без практики — это мертвая теория.
Он сглотнул, отставил чашку на стол так резко, что кофе плеснул через край.
— Саша, я не понимаю, к чему ты клонишь.
— Я клоню к тому, — она встала, подошла ближе, остановилась в полуметре от его колен, — - что готова сдать зачёт прямо сейчас. Любой ценой. Я отнюдь не против... углубиться в предмет.
С этими словами она взялась за подол топика и одним движением стянула его через голову. Белая ткань упала на плитку. Грудь оказалась прямо на уровне его глаз: небольшая, упругая, с бледно-розовыми сосками, уже затвердевшими от прохладного ветерка и собственного возбуждения.
Сергей Викторович откинулся в кресле, будто хотел отодвинуться, но спина врезалась в плетёную спинку. Голос его стал хриплым:
— Воронова... это недопустимо.
— Недопустимо? — Саша наклонилась чуть ближе, положила ладони ему на колени и раздвинула их, вставая между ними. - А оставлять студентку без зачёта перед самым концом сессии — допустимо?
Она опустилась на колени прямо на горячую плитку. Солнце било ей в спину, кожа блестела. Пальцы её скользнули к его ремню.
— Саша...
— Тише, — прошептала она, поднимая на него глаза. - Сейчас будет практическая часть. И я очень, очень старательная ученица.
СТЕСНИТЕЛЬНЫЙ КАВАЛЕР