вздымались, член стоял гордо, блестя от слюны и масла. Она медленно провела рукой по своему стволу, глядя на парней сверху вниз с лукавой, почти хищной улыбкой.
— Вы оба такие сильные, такие уверенные... — начала она низким, бархатным голосом, подходя ближе и опускаясь на корточки между их раздвинутых ног. — Трахнули меня так, будто я ваша личная шлюшка. И мне это понравилось. Очень.
Её пальцы скользнули по внутренним бёдрам Дмитрия, потом Алексея — лёгкие, дразнящие касания, от которых мурашки бежали по коже.
— Но знаете, что я вижу в ваших глазах? — продолжила она, поднимая взгляд сначала на одного, потом на другого. — Любопытство. Вы оба думаете об этом уже давно. Каково это — отдаться полностью. Довериться. Почувствовать, как кто-то входит в тебя и владеет тобой.
Алексей отвёл взгляд, но Дмитрий не смог — он смотрел на неё завороженно. Виктория наклонилась, поцеловала Дмитрия в бедро, потом выше, почти касаясь губами его члена, но не доходя.
— Я знаю, мальчики. Вы говорили об этом между собой, правда? Шутили в душе после спортзала, фантазировали под алкоголем... А может, и не шутили. — Она повернулась к Алексею, провела языком по его яйцам, заставив его вздрогнуть. — Вы хотите знать, каково это, когда тебя берут так же сильно, как ты только что брал меня.
Дмитрий хмыкнул, пытаясь отшутиться:
— Мы не... то есть, это же другое...
Виктория поднялась, села между ними, обняла обоих за плечи и прижалась — её грудь к груди Алексея, член лёг на бедро Дмитрия.
— Нет, милый, это не другое. Это то же самое удовольствие, только с другой стороны. — Она взяла руку Дмитрия, положила себе на член и заставила медленно подрочить. — Вы оба только что были внутри меня. Почувствовали, как это — быть желанным, нужным, глубоким. А теперь представьте, что кто-то, кому вы доверяете, делает то же самое с вами. Медленно, нежно, но уверенно. И вы ничего не контролируете — только чувствуете.
Алексей выдохнул, его член снова начал твердеть от её слов и близости.
— И потом, — прошептала Виктория, наклоняясь к его уху, — я обещаю: вы кончите так, как никогда в жизни. Без рук. Только от меня внутри вас. Я знаю, где эта точка... и я её найду.
Она встала, повернулась к ним спиной, прогнулась и провела рукой по своей попке — той самой, которую они только что трахали.
— Вы сделали это со мной — и я кричала от удовольствия. Теперь дайте мне сделать то же для вас. Равенство, мальчики. Полное. Без остатка.
Дмитрий посмотрел на Алексея — в глазах друга было то же самое: возбуждение, смешанное с лёгким страхом и огромным желанием попробовать.
— Я... согласен, — тихо сказал Дмитрий, голос слегка дрожал. — Если ты будешь нежной.
Виктория улыбнулась победно, повернулась и поцеловала его глубоко, страстно.
— Конечно, солнышко. Сначала ты.
Потом повернулась к Алексею, провела пальцем по его губам.
— А ты? Хочешь почувствовать, как я вхожу в тебя? Как я трахаю тебя так же сильно, как ты меня?
Алексей молчал секунду, потом кивнул, глаза горели.
— Да. Хочу.
Виктория хлопнула в ладоши тихо, словно ребёнок, получивший долгожданную игрушку.
— Хорошие мальчики. Тогда давайте подготовимся. Я хочу, чтобы вы оба запомнили это навсегда.
Она взяла бутылочку с лубрикантом и новый презерватив, медленно надевая его на свой твёрдый член прямо у них на глазах. Жар сауны, запах секса и предвкушение нового — всё смешалось в один головокружительный коктейль. Парни были готовы отдаться ей полностью.
5.
Жар сауны уже не казался таким невыносимым — он стал частью их общего безумия.
Юлькина дача