действиями матери, а та едва не поперхнулась табачным дымом, услышав мою просьбу, но быстро взяла себя в руки, в конце концов, она же позволила мне лапать её за груди в спальне, а моя просьба сесть ко мне на колени это всего лишь детская шалость, по сравнению с тем, что было.
— Когда-нибудь твоя наглость, Костя, выйдет тебе боком. Твоё счастье, что мать у тебя добрая. - Зоя покосилась на окно, которое было не занавешено, и на прихожую, где находилась входная дверь в квартиру, и, не сводя с меня глаз, потушила окурок сигареты в пепельнице, встала со стула и, шагнув ко мне, замерла на месте.
— Только сиськи мои оставь в покое Костя. Мне вчера их тот лысый гандон намял, до сих пор болят, и ты ещё норовишь за них ухватиться. Держи свои руки при себе. - предупредила меня мать и, вновь покосившись на окно и на дверь, села ко мне на колени, правда, не задом, а боком, но и в этой позе мой член тут же уперся ей в попу, и мать его отлично почувствовала, судя по тому, как расширились зрачки её глаз.
— У Ларисы жопа побольше моей будет. Её, наверное, было приятнее держать на себе? - спросила мать, сидя у меня на коленях, с усмешкой смотря в мои глаза.
От Зои пахло портвейном, дешёвыми духами и табаком. Но мне этот запах был мил и очень приятен, а ещё я чувствовал, как пьяная мать, а она реально опьянела от полстакана портвейна, выпитого на свежие дрожжи, сидя у меня на коленях, тихонько поёрзывает попкой на моём хую. Мать смотрела мне в глаза и тёрлась ягодицами об член взрослого сына, и её это обстоятельство нисколько не смущало.
— Твоя попа лучше мам. В миллион раз лучше. И вообще, я только тебя одну люблю, Зоя. - признался я матери и, обняв рукой её за животик, нежный и сексуальный, попытался поцеловать в губы, но мать ловко увернулась и встала.
— Езжай давай к своей толстозадой подруге, тоже мне любовник нашелся. - смеясь, сказала Зоя, одергивая юбку, с любопытством осматривая ширинку моих джинс, где образовался приличный бугор от стоящего колом члена.
Мать ощущала его жопой, сидя у меня на коленях, и даже немного потёрлась об мой хуй ягодицами и в данный момент находилась под впечатлением. Она вновь села за стол, где налила себе в стакан остатки портвейна из бутылки, и, выпив, вновь закурила сигарету, благо пачка "Космоса" лежала перед ней.
— Мам, а как у Ларисы отчество, не буду же я прилюдно называть её по имени. - спросил я у матери, надевая в прихожей ботинки и куртку.
В квартире мне делать было нечего, я убедился, что сегодня вечером на работе сто процентов засажу своей матери, и поэтому спешил управиться с делами и успеть вернуться домой, чтобы поехать на работу вместе с женщиной моей мечты, тридцатишестилетней брюнеткой Зоей, у которой такая пухлая попка и большие груди.
— Ивановна она. Лариса Ивановна. Фамилию этой бляди не знаю. Мы с ней не то чтобы очень общались, так от случая к случаю. Давай иди уже и постарайся у неё сигарет взять, а то у нас с куревом проблемы и купить не на что, зарплату только через неделю дадут. - сказала мне мать, когда я уже выходил из квартиры.
— Не беспокойся, мам. Лариса обещала блок "Космоса" дать и продукты. Жди меня, я быстро. - я захлопнул дверь и, выйдя из квартиры в подъезд, опрометью помчался на остановку троллейбуса, находясь
"Добрая" соседка - часть 31