половых губах была уже влага, мама Вовки крикнула из стиральной машинки: «Вытащи меня, поганец, вот вылезу, тебе хана».
Я молча спустил свои трико с трусами, откуда выпрыгнул мой возбуждённый член, я взял его в кулак правой рукой за основание и головкой члена стал водить маме друга между ее ягодиц, она замерла и стала кричать из нутри стиральной машины: «Ты что делаешь, поганец, ты понимаешь, что насилуешь меня, я вылезу, ты сядешь».
Я молча провел между ее белых упругих ягодиц и стал водить своей головкой члена между ее мокрых половых губок, я был возбуждён и не слушал, что мама Вовки кричала мне, я нащупал головкой члена вход в ее влаггалеще и сделал толчек, моя головка члена стала входить в маму друга, раздвигая стенки ее влаггалеще. Мама моего друга замерла, и когда я зашел в нее на всю длину своего семнадцати сантиметрового члена, она издала стон: «А-А-А, АЙ, АЙ, сука ты».Я стал медленно двигать своим членом в нутри тети Марины, я чувствовал своим членом, как ее дырочка начинает все больше увлажнятся, я начал постепенно наращивать темп, и примерно через минуту я ее уже трахал со всего размаха своим членом, мой пах стучал об ее белые и упругие ягодицы, а тетя Марина уже стонала и просила не останавливаться: «А-А-А, АЙ, АЙ, как хорошо, глубже, АЙ, АЙ-ЯЙ-ЯЙ, быстрее, да, вот так, А-А-А».
Я трахал застрявшую в стиральной машине маму моего друга, и держа ее за бедра, я смотрел сверху, как мое член влитает в ее мокрую и гладковыбритую киску.
Я стал чувствовать, как ее мокрые и теплые стенки влагалища стали сжимать мой член, и я не выдержал, и держа двумя руками за ее ягодицы, я с силой вогнал свой член так, что мой пах упёрся в ее ягодицы, и стал сливать свое семя в ее мокрую и тёплую киску.
Я у меня все было как в тумане, я только услышал крик из нутри стиральной машины: «АЙ, ААА, сука, только не в меня», но было уже поздно, я наполнил ее киску своей спермой.
Моего семени было так много, что я, вытащив свой член на половину из тети Марины, увидел, как моя сперма вытекает из ее гладковыбритой киски.
Мой член обмяк и выскочил из дырочки мамы моего друга, она так и стояла с голой попкой и застрявшей в стиральной машине, а из ее дырочки вытекала мое семя, течя по ее половым губкам и внутренним сторонам ее упругих ляжках и каплями падала на кафель.
Я встал и начал натягивать свои штаны, как услышал просьбу мамы моего друга: «Никит, вытащи меня, прошу, и мы забудем, что здесь было». Я постояв и подумав с минуту, наклонился к ней и просунул свою левую руку ей через плечо и дернул ее на себя со всей силы.
Тетя Марина крикнула: «АЙ, блин, больно», ее халат затрещал и порвался, а она оказалась на свободе.
Я стоял прямо, а мама моего друга сидела на коленях, ее халат был порван, а ее левая грудь торчала из порванного халата, показывая мне светло-розовое орелово и торчащий большой розовый сосок.
Мама моего друга смотрела на меня снизу вверх и начала разговор:
— Но что, Никита, изнасиловал меня, да еще и кончил, зачем ты это сделал?
— Тетя Марина, я не знаю, что на меня нашло, я был как в тумане.
— Но что будем делать?
— Я не знаю, но мне очень стыдно за это.
— Тебе стыдно, ты изнасиловал меня, ты понимаешь, что будет с тобой.
Инга