осознал, что подобные женские манипуляции с бесчисленными ордами мужчин – это естественный неумолимый процесс, и подумал, почему бы не дать ей поступить по-своему.
— Устрой для него шоу, — потребовал я. А когда меня охватило внезапное и непреодолимое вожделение, то оно побудило меня добавить: — Ущипни себя за соски.
Джордана, не колеблясь, пальцами ухватилась за оба соска и сжала их, вызвав мгновенное содрогание в своей киске. Я бы мог поклясться, что она стала еще более влажной, если только это не было продуктом моего воображения, поскольку мы оба находились в сексуальном угаре.
— Он смотрит? — спросила она низким и хриплым голосом.
— Я не знаю, — ответил я. Спустя несколько секунд, когда мы смотрели друг на друга, я спросил: — Может, мне проверить?
Джордана ничего не ответила, но почти сразу замедлила свои движения, а потом совсем остановилась. Наши взгляды не отрывались друг от друга, и в глубине ее глаз прочитал, что дело не только в манипуляции мной. Признает она это или нет, мне было безразлично, теперь я знал, что она желала, чтобы за ней наблюдали. Я помог ей слезть с меня и направился к окну, но передумал и сразу двинулся ко входной двери.
— Дорогой, — услышал я, как она еле-еле слышно зовет меня.
Я проигнорировал ее, и холодный ночной воздух ударил по моему обнаженному телу. Особенно чувствительным был удар по мокрым гениталиям, но я смог вовремя добежать до угла дома, чтобы увидеть нашего работника, пытающегося засунуть свой член в штаны. Возник неловкий момент, потому что он, возможно, хотел, просто, избежать очередных нотаций.
— Эй, не хочешь зайти? — нервничая позвал я. Затем, вздрогнув всем телом, добавил: — Холодно на улице.
Получив от него в ответ только кивок мы вместе вошли внутрь. Джордана лежала там же, где я ее оставил, на кровати совершенно неприкрытой. Однако, увидев Рауля, она, инстинктивно, прикрыла лобок одной рукой, а другую положила на грудь. Мы вошли в маленькую спальную, я присел на кровать, а наш гость остался стоять рядом с ней, полностью одетым.
— Отодвинь руки, — попросил я ей, но она не пошевелилась. Тогда я попробовал еще раз: — Джордана, убери руки.
На этот раз она опустила их по бокам, открыв нам великолепный вид на её нежное молодое тело. Ее соски все еще были очень возбуждены, а киска была достаточно открыта, чтобы мы могли оценить ее влажность. Жена была похожа на сирену, на сексуальное создание, перед которой не смог бы устоять ни один мужчина.
— Стив, — всхлипнула она.
Поняв, что она чувствует себя крайне беззащитной, я забрался на кровать и расположился на коленях между ее ног. Затем, с помощью ее руки я членом нашел ее отверстие и, нежно двигая тазом, погрузился в нее. Она тихо мяукнула мне в ухо, но мне хотелось добиться, чтобы до Рауля донеслись ее крики удовольствия. Поэтому, медленно выйдя, я энергично задвинул свой ствол до отказа, быстро достигнув глубин ее киски.
— Ух-х-х... Ох-х-х! — закричала она, и отзвуки ее голоса заметались в стенах маленькой комнаты.
С этим, казалось, платина рухнула и всякие причины утаивать от посторонних своё возбуждение испарились. Трахаясь со мной она так откровенно скулила и тяжело дышала, будто и вправду пытается устроить шоу. Однако ее манеры, ее руки и ноги, лихорадочно бегающие по моему телу, говорили мне, что она действительно была сильно возбуждена, а когда я услышал хлюпающие звуки ее влажной киски, окончательно убедился в этом.
— Боже, какая ты такая страстная, — открыто сказал я ей.
В Турции