тем, насколько она отличалась от той бабушки, которую он помнил.
Теперь он видел женщину с приятными формами и выпуклостями во всех нужных местах. Он всегда знал, что бабушка привлекательна. В конце концов, в молодости она была красавицей, но он никогда не видел её такой притягательной.
Он был приятно удивлён соблазнительностью её фигуры. Её большая тяжёлая грудь всё ещё была довольно округлой, а соски выступали, как бугорки, на фоне тонкой ткани купальника. Её зад был полным, бёдра толстыми и мощными. Она двигалась с небрежной уверенностью, не свойственной её возрасту, и Игнат почувствовал, как его тянет к ней, и он не может отвести взгляд.
Он почувствовал, как что-то шевельнулось у него в штанах, как по нему разливается тепло, пока он смотрел на неё.
Он был шокирован собственной реакцией – это же его бабушка.
Он почувствовал себя виноватым, понимая, что не должен был так реагировать, но не мог сдержать переполнявших его эмоций. Он был возбуждён и не мог этого отрицать.
Игнат продолжал наблюдать за бабушкой, его желание росло, и он понимал, что ему нужно уйти, прежде чем она заметит его растущую эрекцию. Он быстро направился к старому сараю, стоявшему неподалеку. Сквозь щели между досками Игнат мог продолжать наблюдать за бабушкой и в то же время оставаться невидимым. Войдя внутрь, он прислонился к двери, сердце бешено колотилось в груди. Он не мог поверить своим ощущениям, своим поступкам.
В голове пульсировала мысль:
— Это же моя бабушка.
Но он не мог остановить фантазии, которые разыгрались в его возбуждённом сознании. Марта, её тело, блестящее от пота, её грудь, колышущаяся от работы, её задница, соблазнительно покачивающаяся...
Он расстегнул штаны, его член вырвался наружу, твёрдый и болезненный. Он обхватил его рукой, медленно поглаживая, продолжая наблюдать за бабушкой и.... фантазируя.
Движения его руки становились всё быстрее и настойчивее, пока он представлял, как тело бабушки прижимается к нему, как её грудь прижимается к его груди, как её руки ласкают его. Он чувствовал, как нарастает напряжение в яичках, и с последним, отчаянным толчком кончил, его семя выплеснулось через руку на стену и пол сарая.
Он прислонился к стене, тяжело дыша, и осознание того, что он только что сделал, настигло его. Он только что мастурбировал, думая о бабушке. Его захлестнула волна вины и стыда, и он понял, что ему нужно поскорее уйти отсюда. Он быстро выскользнул из сарая, стараясь быть незамеченным, но тут же попался бабушке на глаза.
— Вот ты где, - сказала она с ноткой беспокойства в голосе, - Мне показалось, я тебя там слышала. Что ты делал в этом старом сарае?
— Я просто посмотрел... интересно... любопытно, - пробормотал Игнат, чувствуя, как его щеки горят от вины.
— В этом сарае всякий ненужный хлам, - сказала она, - Как банька, как ты помылся?
— Всё отлично бабушка, - сказал Игнат.
Марта кивнула, указав на кучу срезанных веток.
— Не мог бы ты мне помочь? Хочу положить их в компост перед ужином.
— Конечно, помогу, бабушка.
Он подошёл и начал собирать ветки. Марта начала собирать их вместе с ним. Пока они работали, Игнат невольно украдкой поглядывал на бабушку, рассматривая её грудь и задницу, обтянутые купальником. Он даже мог разглядеть её выпуклый лобок, отчётливо проступающий сквозь тонкую ткань. Её грудь плавно покачивалась при каждом движении, а ягодицы идеально подчёркивались обтягивающим купальником. Он снова почувствовал возбуждение. Его член снова начал твердеть, и Игнат быстро отвёл взгляд в сторону.
Он попытался сосредоточиться на работе, но это было трудно, когда бабушка была так близко, а её запах наполнял его ноздри.
Наряд в котельную