Юльку ещё сотрясали волны оргазма, когда Алёна попыталась отпрянуть от промежности подруги. Но я не дал ей этого делать. Да, женщинам могут быть неприятны ласки в этот момент, но я хорошо знал свою девушку, поэтому продолжил вылизывать её клитор. Через мгновение ко мне вновь присоединилась Алёна. Её язык ласкал свою часть юлиной киски, но то и дело переходил на мою сторону и цеплялся с моим языком. В этот момент мы целовались, скользя вымазанными смазкой губами, и снова принимались ласкать не прекращающую стонать Юлю. Буквально минута – и девушка снова кончила, судорожно сжимая наши с Алёной головы своими бёдрами. Только она угомонилась, как новая волна бешенного оргазма пронзила юное тело девушки. Юля уже не стонала. Лишь невнятный сип и хрипы доносились из её широко открытого ротика.
Алёна обалдело отстранилась от подрагивающей подруги и только и смогла прошептать:
— Офигеть... три раза подряд...
После этого девушка приподнялась, подползла к притихшей Юле, легла рядом с ней, поцеловала в шею и нежно обняла. А я всё ещё валялся между ног своей девушки, переводя дух.
— А ещё меня называли бешенной... - Тихий дрожащий голос Юли нарушил установившуюся тишину.
Моя девушка поцеловала свою любовницу в губы и посмотрела сверху вниз на меня, удобнее устроив свою голову на груди соседки.
— Ты чего там лежишь, малыш? – В её голосе было столько тепла и любви, что моё сердце кольнуло от нахлынувшей волны щенячьего восторга.
— Юль, можно мне немного...
Я замялся, глядя на нижнюю часть девичей промежности, находящейся в нескольких сантиметрах от моего лица. Юля всё поняла, и, прикусив нижнюю губу в коротком раздумье, тихонько кивнула головой. Алёна озадачено посмотрела сначала на мою девушку, а затем на меня. Я тем временем уже поднимал ослабшие ноги Юли, согнул их в коленях и прижал к груди девушки. Передо мной предстала умопомрачительная картина раскрытой и текущей, словно перезрелый тропический плод, киски, а снизу темнел подрагивающий в предвкушении анус. Я сглотнул от накатившего возбуждения, хотя куда ещё-то? Словно в нерешительности прикоснулся кончиком языка к нежной коже между входом во влагалище и анусом, после чего начал описывать им круги, задевая то набухшие от желания губки, то сжимающийся словно в испуге сфинктер.
Юля снова стонала. И стон этот возбуждал меня ещё больше. Какой там афродизиак? Какие стимуляторы и прочая дрянь? Вот он – природный возбудитель любого мужчины – стон женщины, которой ты приносишь удовольствие.
Алёна, как и вчера, очень внимательно наблюдала за моими ласками юлиной попки. Она устроилась рядом со мной и следила за каждым движением моего языка, уже вовсю вылизывавшего узкую дырочку Юльки. Сама Юля не теряла времени зря. Её пальчик добрался до горошины клитора и теребил его, повторяя движения моего языка. Ещё один пункт к моему возбуждению. Раньше моя девушка скептически относилась к анилингусу, каждый раз делая мне одолжение, соглашаясь на него, но сейчас она не лежала молча и терпела, а глухо стонала, да ещё и ласкала себя! Решив поддержать её, я на несколько секунд оторвался от ануса и медленно заскользил языком вверх по скользкой и горячей вульве, по впадине между большими и малыми половыми губками к клитору, терзаемому тонкими пальчиками. Облизал их, уделив внимание и нежному бугорку, от чего Юлю снова мелко затрясло, и через секунду она в очередной раз кончила, не забыв перед этим сильно прижать мою голову к своему лобку. Боже, какой кайф!
Через минуту мы лежали в объятиях друг друга, делясь впечатлениями. Больше перешёптывались я и Юля, а Алёна тихо лежала рядом со мной, сопя своим
Cуровое наказание 2