тебя не только выгонят с работы, но и посадят в тюрьму. - сказал я маме, не одобряя её затею с воровством шкур, за которые можно попасть за решетку.
— А я и не собираюсь их выносить. За меня ты это сделаешь, сынок. Хочешь обладать моим телом, тогда рискни. - мать красноречиво погладила себя по грудям и по лобку, показывая мне, чего я лишусь, если откажусь от её предложения пойти на преступление.
— Да не бойся, ты трусишка, зайка серенький, тебя не станут обыскивать, а вот меня запросто могут обшмонать на проходной, так как я работаю с ценными мехами и нас периодически проверяют. Так что если ты любишь меня и хочешь быть со мной, сделай то, о чём я тебя прошу. - мать завернула шкуры обратно в газету и положила свёрток на стол, а затем села ко мне на колени, давя попкой мой член, и стала меня ласкать, прижимаясь сосками своих роскошных сисяр к моей груди.
— Хорошо, мам, я не трус и сделаю все то, о чём ты просишь. Меня не разу на проходной не проверяли. Я же мойщиком овчин работаю, а какой прок от невыделанной шкуры овцы. - я ответил согласием на предложение Зои вынести через проходную с территории фабрики три шкурки норки, за которые меня могли выгнать с работы и вдобавок завести уголовное дело.
Но я работал на фабрике уже полгода, и за это время ни меня, ни членов моей бригады мойщиков не проверяли. Может, потому, что в нашем цеху овчинные шкуры проходили только первичную обработку. Их мыли в специальном растворе, пропускали через чесальные машины, которые выбирали из овечьей шерсти всю грязь, и в дальнейшем шкуры поступали в следующий цех, где с них снимали мездру, коротко стригли, красили и на выходе получали лёгкий мутон, из которого шили женские шубы, такие как у Зои. Вот в том цеху овчина уже приобретала ценность, а в нашем нет, и поэтому нас, мойщиков, не обыскивали на проходной, но хотя, конечно, риск был.
Не так давно на фабрике произошёл инцидент с участием мастера, мужчины. Он всегда ходил на работу с большим китайским термосом, в котором, по его словам, был налит целебный чай, необходимый ему для лечения больных почек. И даже угощал этим чаем желающих. Всё было бы ничего, но тут этот мужик поругался с начальством из-за очереди на квартиру. Он стоял в очереди пятнадцать лет, и его квартиру отдали кому-то из блатных, как обычно это бывает. И вот он идёт домой через проходную, а там его тормозит охрана и находит в термосе этого мужика шкурку норки. В термосе было двойное дно, в котором как раз помещалась норка.
Мастера тут же выгнали с работы, но до суда дело не дошло, так как у него нашли всего одну шкурку норки. Но никому не было дела до того, что этот мужик, уже пожилой человек, двадцать лет ходил на работу с большим китайским термосом, и можно только было догадываться, сколько шкурок норки он смог вынести с фабрики за эти годы?
— Ну всё, всё, сынок, не заводись и меня не заводи, я же не железная и могу сорваться. А у нас сейчас нет для этого времени, да и потом, я же тебе говорила, что ты должен беречь свои силы на ночь. Тяжело будет со мной и с Ларисой справиться. Пошли, ополоснемся и будем одеваться, а то скоро третья смена придет. - ошарашила признанием меня мать, вставая с моих колен на пол.
Армейская история