продуктов заполнить холодильник и кладовую; к моему удивлению, это были не просто готовые блюда из «Trader Joe's» (пер. американская сеть продуктовых магазинов, известная собственными торговыми марками, в том числе готовыми блюдами и полуфабрикатами, и сравнительно низкими ценами). Прошутто, твердые сыры, свежая черника и малина, пепперони и две большие бутылки непастеризованного сидра ждали своего часа. Целая полка в холодильнике была занята огромным виргинским окороком. В кладовой обнаружились два пакета крекеров «Goldfish» и несколько коробок импортного европейского печенья. Я добавил к этому то, что привез с собой: большие пакеты чипсов и «Doritos», две упаковки по десять банок колы, коробку конфет-тросточек (сезонные, плюс хороший способ быстро поднять сахар) и немного свежих овощей.
Я вышел на террасу, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Это был обманчиво приятный день – то самое «затишье перед бурей», как я и думал. Температура больше подходила для октября, чем для конца декабря, а ветер, который через сутки уже будет валить деревья и выть вовсю, сейчас был всего лишь легким бризом. Оголенные деревья открывали вид на четыре ближайших дома: два прямо напротив, на другом берегу озера, один примерно в трех футбольных полях (пер. странная американская привычка считать расстояние в футбольных полях, длина одного поля, приблизительно, 110 м) вверх по холму слева от меня и еще один вдвое дальше справа. Из этих четырех домов, наиболее вероятно, был сейчас обитаем только дом слева – владение семьи Уинтерс, которые жили здесь круглый год. Мини-особняки на противоположном берегу принадлежали «перелетным птицам», которые сейчас, вероятно, оттягивались где-нибудь во Флориде. А тот, что справа… кто его знает? Когда я рос, там жил местная звезда школьной футбольной команды Дэви Мейсон, но потом брак его родителей развалился, и право собственности оказалось в подвешенном состоянии. Дом продали в прошлом году, но новых владельцев я так и ни разу не видел.
Следующим пунктом в моем плане, после того как я слопал «здоровый» обед из одной банки колы, половины пачки «Lay's» и горсти печенья, было разобраться с рождественскими украшениями. Я ничего с собой не привез, рассчитывая на то, что мой дед оставил что-нибудь в коробках на чердаке. Вскоре я понял, что был чересчур оптимистичен. Коробка с надписью «XMAS» (пер. короткая запись слова «Christmas», если кому-то интересно почему так, найдите YouTube-канал VirginiaBeowulf) оказалась настоящей сокровищницей классических украшений и удручающе старомодных лампочек C7 – тех самых продолговатых, размером с мой мизинец. Что касается самой елки… двухметровое искусственное чудовище явно видало лучшие дни. Мой дедушка купил ее еще до моего рождения, и она выглядела как все искусственные елки той эпохи: откровенно фальшивой, совсем не похожей на ту дорогую, которую мой отец приобрел пару лет назад в «Balsam Hill» (пер. американская компания, специализирующаяся на производстве и продаже премиальных искусственных рождественских елок и праздничного декора). Ни за что на свете я не стал бы ставить эту уродливую штуку, даже если бы был единственным, кто ее увидит. Пора переходить к плану Б.
К счастью, на участке росло немало вечнозеленых деревьев, поэтому я решил срубить одно из самых маленьких и установить в старой ржавой подставке, которую нашел на чердаке. Лучше раньше, чем позже: скоро стемнеет, а завтрашний день явно будет не самым благоприятным для рубки елки. Поэтому я накинул толстовку и отправился разведать участок. К счастью, идеальный вариант нашелся довольно быстро: голубая ель высотой чуть больше полутора метров с густыми красивыми ветвями и стойким хвойным ароматом, заметным даже на улице.
Я только что закончил рубить дерево и собрался тащить его к дому, когда понял,
первый раз обеих потряс