минуту я почувствовал, как что-то холодное шлёпнулось на колечко ануса, после чего палец начал размазывать скользкую вязкую массу по промежности, а затем скользнул внутрь моего заднего прохода. Теперь меня трахали пальцем в жопу.
— Жена покупала от солнечных ожогов. Гель алоэ, - по видимому, Владимир Сергеевич сказал это Артёму, - думаю сойдёт.
Гагик надавил мне на плечи своими ручищами и я сразу оказался стоящим на полу. Мужчина встал коленом на сидение. Теперь он возвышался надо мной и смотрел мне в глаза:
— Рот открывай!
Я послушно открыл рот. Гагик провёл рукой по своему стволу и в меня прыснула струя горячей спермы. Армянин сразу же погрузил головку члена в мой рот и начал заполнять его своим безвкусным семенем, при этом громко рыча.
Я открыл рот, стоя перед Гагиком, а тот выдавил из своего члена еще несколько жирных белых капель, встряхнул членом и добавил всё к содержимому у меня во рту.
— Закрывай! Глотай! И на меня смотри! - мягко сказал мужчина, при этом приподняв мой подбородок.
Я проглотил комок густого семени. Гагик нежно провёл ладонью по моему лицу:
— Ох, спасибо тебе, Саша! Полегчало немного.
Гагик уселся на своё сидение, снова взялся за мой подбородок, подтянул к себе и поцеловал в с языком.
— Вкусная сперма?
— Да, - ответил я.
— Спасибо тебе, родной. Отдохни. Сейчас дядя Володя и Артём тебе в рот будут давать, а я буду смотреть. Сделаешь приятное нашим друзьям?
— Конечно.
— Молодец. Послушный.
Пока я раскинувшись на сидении курил, Владимир Сергеевич натянул джинсы, обошёл машину, распахнул заднюю дверь и начал обустраивать ложе любви. Он постелил на пол два клетчатых одеяла, сдвинул в сторону ящики с инструментами и накрыл их старыми полотенцами.
— Сань, ползи ко мне, - сказал Владимир Сергеевич, - мы сейчас спинки сложим и на них можно будет сидеть. А я здесь устроюсь.
Владимир Сергеевич быстро разделся и уселся на ящики с инструментом, расставил ноги в стороны и начал протирать себя влажными салфетками, а потом приступил к мастурбации своего члена, не такого толстого как у Гагика, но немного длиннее.
Я пополз к Владимиру Сергеевичу по мягкому полу, а Гагик и Артём уселись на спинки сложенных кресел. Артём начал раздеваться. Довольный Гагик курил и чесал свои яйца, оперевшись спиной на водительское кресло.
Я взялся руками за член Владимира Сергеевича и присосался к его крупным соскам. Пока я водил по ореолам языком, мои руки нежно мяли крепнущий ствол взрослого мужчины.
— Хочешь я тебя поцелую? - растерянно спросил Владимир Сергеевич.
— Давайте. Поцелуйте, если хотите.
— Очень хочу.
Владимира Сергеевича всего трясло от возбуждения. Он наклонил голову и поцеловал меня с языком. Поцелуй был приятный, нежный, искренний. Целовались мы долго, страстно. Член мужчины уже стоял как каменный. Я начал опускаться ниже, целуя грудь и живот поросшие седыми волосами. Поцеловал лобок, обвёл языком основание члена, прошёлся им по яйцам, хорошенько вылизал их, поднялся по стволу до головки и взял её в рот.
— Нравится, Владимир Сергеевич? - я посмотрел в глаза мужику не выпуская головку изо рта.
— Да, Сашка, нравится! - мужчина погладил меня по голове. - Вовкой меня называй. Ладно?
— Хорошо, Вовка!
Мне показалось странным называть мужика годящегося мне в отцы Вовкой, но чего люди не делают или не говорят во время секса?
С этим членом мне всё давалось гораздо проще: не такой толстый как у Гагика, и не такой, как оказалось, твёрдый - член немного потерял свою крепость, но зато стал эластичным и податливым. Он без проблем вползал в
Мой любимый кукольник