стоял и я нет-нет да рукой его пошевелю. Миша всё пытался, как то ужаться и скрыть свой стояк ногами, но у него это не получалось. Торчащий член всё равно было видно, как бы он не сгибал ноги в коленках и не прикрывался ими. Одно дело, когда мы шли ночью, и видимость была плохая, а сейчас было всё прекрасно видно и это его смущало. Я даже подумал тогда.
— Если смущаешься то зачем было соглашаться. – но, вслух я этого не произнёс.
После этих мыслей я решил что к чему между нами такие стеснения и взяв свой член в правую руку стал медленно поглаживать его. Потом встал и уставившись на дорогу по которой проезжала старенькая жигули, стал двигать рукой вдоль члена быстрее и быстрее ускоряя темп с каждым разом. Одним словом начал дрочить не стесняясь Михаила.
Он так глянул на меня и на то, что я делаю, но я даже не повернул в его сторону голову, так как был занят более приятным действом. Вскоре я почувствовал, что вот-вот кончу, а Миша всё ещё не может решиться, но уже положил свою руку на член и тоже уставился на дорогу но не прекращал бросать косые взгляды в мою сторону. Я тогда замедлил свои движения рукой, пытаясь растянуть удовольствие, и мне это удалось всего лишь на несколько минут. Но этого было уже достаточно. Когда я увидел, что осторожно, как бы стесняясь Миша начал подрачивать свой член, я снова ускорил движения рукой и вскоре, резко оголив головку, направил его на стебли кукурузы и как раз вовремя. Первая струйка спермы вылетела и стала растекаться по листьям и стеблю и медленно капать на землю. Затем вторая третья и уже слабенькая последняя струйка упала перед ногами, чуть не попав мне на кроссовки. Я сдавил член у самого основания пальцами, и как бы выдавливая последние капельки, провёл рукой по всей его длине до самой головки, на которой появилась капелька белой молочного цвета жидкости. Оголив головку ещё полу возбуждённого члена, я взглянул на Михаила, который наяривал рукой свой член, так что его яйца болтались в разные стороны, словно маятник от часов. Я улыбнулся внутренне, но ничего не сказав сел на землю рядом с рюкзаком и достав воду, глотнул пару глотков. Тут подошёл Миша и тоже сел напротив. Его член всё ещё подрагивал, но он уже не держал его в руке и вряд ли выдавил из него всё до капельки. Мой член уже опал и влажной головкой лежал на земле, между ног запачкавшись и ёрзая по ней в зависимости от моих движений. Миша глянул на это и сказал.
— Ты же замараешься, грязь попадёт.
У него член был меньше моего и когда он сидел то его член лишь чуть чуть доставал земли, и он не задумывался об этом даже, но увидев как моя колбаска, согнувшись, трётся о землю, смутила его или насторожила.
— Да ничего не будет, я постоянно голым на земле валяюсь и загораю – ответил я.
Миша промолчал, и тоже глотнул воды.
— Что будем дальше делать? – спросил я.
— Не знаю – пожал плечами он.
— Может по полю, на тот край сходим? – спросил я.
— Пошли – согласился Миша.
Я понимал что после того как испытываешь приятное ощущение после дрочки делать ничего не хочется, но интрига всегда приходит во время путешествия голышом и я это знал так как увлекался этим уже много лет. Подхватив рюкзаки, мы пошли по рядкам кукурузного поля. Миша шёл справа в соседнем рядке.
?Как я, первый раз, попробовал это!!!!!?