Она кивнула, и мы встали вместе, направляясь к джакузи, держась за руки. Она помогла мне забраться в бурлящую воду, а затем последовала за мной, улыбаясь, когда устраивалась поудобнее. Она развела руки в стороны, отчего ее великолепные груди выступили вперед, над водой.
— Боже, осторожнее, мам, - рассмеялась я. - Ты собираешься выколоть кому-нибудь глаза этими штуками.
— Тогда хорошо, что ты проделала весь этот путь, - парировала она, ухмыляясь. -Почти уверена, что ты тоже нанесешь какой-нибудь ущерб своими колотушками.
— Ты так думаешь? - спросила я, довольная ее заявлением.
Я села немного прямее и сложила ладони вместе, как бы преподнося их ей. Они были такими же большими, как у нее, или почти такими же, что означало, что они были впечатляющими. У мамы легко была D-образная форма, и ее спина была настолько подтянутой, что они гордо стояли без поддержки. Бюстгальтеры с эффектом пуш-ап были нам обоим совершенно не нужны.
— Я точно это знаю, - сказала она почти с гордостью. - У тебя светлые волосы твоего отца и его голубые глаза, но у тебя моя фигура, особенно мои груди. У тебя потрясающая фигура, и тебе только что исполнилось восемнадцать.
— - -
— Мама? - тихо спросила я, толкая плечом ее дверь и входя в комнату с одним из подносов.
Я остановилась у края ее кровати, упиваясь ее видом. У меня чуть не перехватило дыхание. Я крепко зажмурилась и поставила поднос в изножье кровати, уделив себе полсекунды, чтобы внимательно рассмотреть ее женственность, поскольку теперь она была всего на расстоянии вытянутой руки.
О боже мой... она была мокрой? Я тихонько выбежала из комнаты и взяла другой поднос с едой. Я должна была разбудить ее, пока не сошла с ума. Я крепко ухватилась за ручки, стоя у ее изголовья. На мгновение подняла глаза к потолку, собираясь с духом, а затем сделала то, зачем пришла.
— Мама? Просыпайся, соня, я принесла тебе завтрак. Мама, проснись...
На мгновение послышался мечтательный стон, а затем она пошевелилась. Я не отрывала взгляда от ее лица, не осмеливаясь смотреть куда-либо еще, на случай, если она откроет глаза и увидит, что я пялюсь на нее. Она вытянула руки над головой, вытягиваясь всем телом, ноги оказались в опасной близости от того места, где я поставила поднос с едой. К счастью, она не опрокинула его. Наконец ее глаза с трепетом открылись. Она медленно повернула голову, увидела меня и улыбнулась.
— Ну, привет.
— Привет, - сказала я, испытывая облегчение от того, что она проснулась, но теперь чувствуя себя несколько неловко. - Как я уже сказал твоему спящему "я", я принесла тебе завтрак.
Она одарила меня милой и благодарной улыбкой, ее глаза засияли от моей задумчивости.
— О, дорогая, тебе не следовало этого делать.
— Я целую вечность не готовила тебе завтрак, - упрекнула я себя, на мгновение отставляя поднос, чтобы взять другой, стоявший в изножье кровати. - Ты самая лучшая мама, которая когда-либо была у кого-либо, поэтому, конечно, я должна время от времени готовить тебе завтрак в постель.
Я нашла высокий складной столик, чтобы поставить на него поднос, пока она сидела, скрестив ноги, а затем чувственно поворачивая шею. Я изо всех сил старалась не пялиться на нее. Наконец она лучезарно улыбнулась мне.
— Что ж, что бы я ни сделала, чтобы заслужить такое отношение "потрясающей мамы", напомни мне продолжать в том же духе.
Ее глаза загорелись, когда она увидела блюдо, которое я приготовила для нее.
— Брон, это чудесно! - сказала она с ноткой волнения. - Все
Незнакомцы