— Там, за заправкой, съезд есть в сторону карьера. Туда можно. Там были какие-то здания заброшенные. Я туда на рыбалку ездил, помню, что что-то такое есть.
— Отлично! Люблю такие места, всякие заброшки.
— Мне тоже нравится. Есть что-то в этом...
— Дикое. Вдали от цивилизации.
— Точно.
Вячеслав отъехал от заправки, проехал по трассе пару километров и свернул с асфальтированной дороги в лесопосадку. Здесь дорога была разбитой, так что в кромешной тьме, плотно затянутой туманом и моросью дождя, ему пришлось сбросить скорость и медленно тащиться, раскачиваясь на выбоинах и кусках битого асфальта.
Ещё один поворот. Деревья стали расти реже, и среди них, сразу у дороги, показалось несколько небольших серых зданий. Ещё три минуты мучения и мы у одного из них. Вячеслав объехал его и остановился.
— Так с дороги не будет видно, а то машина белая. Мало ли, - сказал таксист.
— Подстилочка какая-нибудь есть? - полюбопытствовал я.
— В багажнике плед был. Сейчас посмотрю. И фонарик возьму.
— Да, давай, а то не видно ничего.
Я закурил и направился к зданию побольше. Вячеслав шёл за мной с клетчатым плотным пледом подмышкой и освещал путь фонарём.
— Пусто, - сказал я, когда вошёл внутрь кирпичной коробки. - Даже ума не приложу, что здесь могло быть.
Вячеслав направил луч фонаря на стены.
— Ага! Коробка и всё. Идём дальше?
Полусгнившая деревянная дверь выпотрошенной трансформаторной будки медленно открылась и мы вошли внутрь. Бетонный пол был покрыт пылью, песком, битым кирпичом и всяким мусором из обрывков проводов и кусков металла.
— Смотрите! - Вячеслав направил луч фонаря на дальнюю стену. - Здесь можно. Как Вам местечко?
У дальней стены было аккуратно сложено большое количество некогда белых полипропиленовых мешков, но теперь почерневших от старости, в которых обычно перевозят мусор и разные сыпучие материалы.
— Песок, битый кирпич, - сказал я, заглянув в некоторые из них. - Можно на них.
Я взял из рук таксиста плед и бросил его на мешки.
— Как Вы хотите? - спросил я Вячеслава.
Мужчина положил фонарь и направил луч в стену, так что свет не слепил, но довольно неплохо освещал помещение, в котором было холодно, влажно, пахло плесенью и гнилым деревом.
— Снимите штаны, пожалуйста, - попросил Вячеслав, мнущий свой член через ткань джинсов.
— Полностью?
— Да.
Я снял белоснежные кроссовки, затем штаны.
— Трусики снимать?
— Не нужно.
Я надел кроссовки и остался в них, а ещё в белоснежных трусиках и спортивной кофте. Куртку я отложил в сторону.
Вячеслав аккуратно разложил плед на горе мешков, усадил меня на него задницей и опустился вниз, прижался лицом к торчащему в кружевах члену и яйцам, начал облизывать их. Я расставил согнутые в коленях ноги в сторону.
— Славочка, Вы не спешите, а то я могу быстро кончить.
— Я понимаю. Вы сегодня так постарались для меня, что перевозбудились. Я всё понимаю и ценю это.
— Именно. Так что меня и на минуту не хватит.
— Это женские? - спросил Вячеслав, целуя трусики.
— Нет. Это мужские. Специально такие шьют, чтобы яйца и член помещались.
— Страсть к белью?
— Больше к кружевному белью.
— Понял.
Слава потянул кружево вниз, поцеловал полоску волос на лобке, поцеловал яйца, взял в рот, целиком, мой небольшой, но возбуждённый член, начал медленно его сосать.
Через несколько секунд я кончил в рот водителю. Слава подождал пока моя сперма перестанет вытекать ему в рот, а затем сплюнул её на бетонный пол.
— Ух! Хорошо теперь, - сказал я.
Вячеслав улёгся на меня и поцеловал в губы, щекоча лицо густой бородой. Из его рта пахло моим семенем, а на языке чувствовался слегка горьковатый привкус.
Сказка для тебя