меня! Я был в каком-то загипнотизированном состоянии. Она дальше положила свою вторую ступню мне между ног, и теперь пятки ее ног упирались прямо в мои яйца, а пальцы ног щупали мой каменный ствол и дрочили его с двух сторон.
— «Хм, мое самое уязвимое место? - продолжал заикаясь раскрасневшийся я, - Ты имеешь в виду то, что парни возбуждаются и теряют бдительность, когда рядом есть симпотичные девушки?» - спросил я.
Она засмеялась и убрала ступни из моего паха, широко раздвинула ноги и положила их снова на мои бёдра - каждую на моё соответствующее бедро. Я был так возбужден и мне так хотелось снова почувствовать ее касания, однако, ответ Рошель отбил у меня всякую охоту и сбил мое возбуждение.
— «Нет, я говорю о ваших нелепых жалких маленьких яичках. У парней есть свисающие наружные половые органы, которые так нелепо у вас болтаются между ног и служат идеальной мишенью для наших женских ног. Ваш этот мешочек с ягодками - настоящее недоразумение природы. Они такие нелепые, противные, слабые, маленькие, хрупкие, уязвимые и просто невероятно сверх-чувствительные! Как-будто бы природа специаьно вам их так устроила, чтобы у женщин всегда была лёгкая возможность причинять вам боль. Я могла бы легко разбить твои крошечные яйца вдребезги, если бы я действительно захотела этого. Всего один хороший удар ногой, и ты будешь валяться на полу, плача, держась руками за свои драгоценные маленькие яйчишки, а вернее - за их остатки, и пытаясь отдышаться! » - сказала она спокойно и хладнокровно, поднимая карты, чтобы продолжить игру, как если бы этого разговора и не было вовсе.
Я не мог поверить ее наглости. Я абсолютно не мог позволить ей так унижать меня и закончить разговор таким образом.
— «А конкретно твое уязвимое место – это твоя излишняя смоуверенность. Может быть, ты хорошо справляешься с другими маленькими мальчиками и плаксивыми девочками из твоей секции карате, но с чего ты взяла, что тебе удастся справиться с ребятами постарше, тем более со мной, футболистом?» - спросил я.
— «Опыт! », - сказала она с холодной уверенностью. Затем она подняла правую ногу вверх и изогнула ступню так, что ее красивая стопа оказалась прямо перед мои лицом, потом она немного покрутила этой ступеней перед моими глазами, сделала пару пробных ударов в направлении моего лица и сказала: «Видишь эту ступню. Она достаточно натренированная, сильная и большая. Она ломает напополам доски. Что уж говорить о твоих крошечных нежных детских яичках. Они непременно будут раздавлены. Хлоп! - и они мгновенно лопнут и ты станешь петь сопрано до конца своих дней, кастратик! », - сказала она холодно и вместе с тем улыбаясь.
«Хм, мои крошечные яйца? А ты хотела бы это проверить, дорогая, насколько они у меня крошечные?» - сказал я, заигрывая и похлопывая себя по бёдрам ладонями...
— «Не надо позориться, малыш, я уже всё знаю, - ответила она, - я в очередной раз полностью прощупала их сквозь твои шорты несколько секунд назад. Поверь мне, они очень маленькие и хилые, как у маленькаяих мальчиков с моей секции карате. Ну, может быть, они подрастут ещё у тебя на пол миллиметра максимум, тебе же ещё нет семнадцати?» - нагло спросила она, зная, что мне уже давно восемнадцать.
Я становился все менее сексуально возбужденным и всё более злым, пока она так нагло оскорбляла меня.
— «Слушай, мы будем дальше в карты играть или как? Что-то ты разболталась как трепушка! » - спросил я.
— «Ой-ой! Мы немного расстроились, не так ли? Хорошо, - сказала она,
Грех