Но, не пройдя и 50 футов, она полностью впала в ужас, и остановилась. Новыйпозыв потряс её молодое тело. Находясь прямо между её бывшим убежищем и велосипедом, Мишель ощутила, что непроизвольно сгибается, и уже не может препятствовать этому. Хлопнув кулаком по бедру, она сжала ноги, нагнулась вперёд, стараясь сохранить максимальную силу давления сфинктера. К сожалению, это сжатие также усилило ощущение того единственного беглеца, слегка тёплого и почти твёрдого, явно зажатого между половинками её попки."О, Боже" - трепетала Мишель, "Я не верю в это. Я стою в этом месте, полностью открытая для других людей, валю в мои маленькие трусики, не имея даже запасной одежды, и я уже не могу двинуться". Кал давил на внутреннюю дверь её попки и легко мог убежать и свалиться в её трусики, поэтому, Мишель должна была сделать попытку не допустить это позорное происшествие."Господи, БОЖЕ!" - взвизгнула Мишель, тихо как могла, так как почувствовала, что массивная змея кала вновь движется в её теле."Оо . . Если только...". Но ей оставалось только стоять на месте и терпеть, пыхтеть и ожидать неминуемое событие. К сожалению, для её положения, но к счастью для её психики, Мишель внезапно изменила свои мысли:"Хорошо, если я выпушу этот массивный груз в мои трусики, они конечно испачкаются, но я ведь потом могу их снять, надеть шорты и продолжить путь без особых проблем и дискомфорта."На миг, боль и спазмы стихли, и она уже спокойно взвешивала свою идею:"Потом, дома я побегу в душ, и всё отмою, буду чистой и в комфорте. Разумеется, если я смогу остановиться сейчас и попытаюсь стянуть мои белые трусики, то покакаю на эту противную землю, что конечно удобнее, но любой, случайно проходящий мимо, поймёт тогда чем я занимаюсь, сидя на корточках и голой попкой". Внезапно, волна боли и новый спазм, послужили причиной бегства из ее попки массивного потока кала, приводя, Мишель на грань обморока. С другой стороны, это положило начало реализации её безумного плана, и Мишель поняла, что освобождение уже совсем рядом. Двоякое ее отношение к этому позорному действию, вызвало все виды ощущений: стыд и злобу за нарушение табу, и одновременно дикого сексуального наслаждения от своих запретных действий, что подтверждалось обильным истечением влаги из ее щелки."Чёрт с этим" - сказала она вслух,"Я буду делать это здесь".С такой преамбулой, Мишель раздвинула ноги, немного присела и закрыла глазки, сняв все психологические и физиологические замки от отверстия в её попке. Поначалу ничего не произошло." Да в чём дело . ." - крикнула Мишель, и тут же замолкла так быстро как могла. Её внутренности словно пришли в движение."О мой бог, О БОЖЕ!" - она тихо кричала, " Я в самом деле это делаю! Я наверно СУМАСШЕДШАЯ! Я делаю это, стоя здесь, в середине поля на виду, я какаю в мои трусики". Её внутренности, казалось, двигались вниз и наружу, Мишель ощутила, что дырочка в попке начала открываться, давление возросло, и массы предполагали выходить. Она грязно думала о сексе, и обнаружила себя мечтающей о запретной страсти, которую могла бы иметь не очень давно, и о том кто познакомил её с идеями анальной стимуляции. Она тогда резко возражала ему, а теперь даже приветствовала его намерения, и желала продлить всё подольше, так заметила некоторое сходство.Незаметно для себя, Мишель начала часто дышать, но не от напряжения в попке, а скоре от быстро растущего возбуждения, связанного с двумя гадкими причинами: пре людно какать в трусы и ощущать принудительное раскрытие попки - только изнутри."О, да! О,
Пип-Шоу