Лена, 31 год, бухгалтер в небольшой фирме в спальном районе. Разведена два года, ребёнка нет. Обычная жизнь: работа с 9 до 18, спортзал три раза в неделю, иногда Tinder, но после третьего свидания обычно всё заканчивается. Секс с мужчинами из приложений — стандартный: 10–15 минут, презерватив, иногда оральный, иногда сверху, иногда раком. Оргазм бывает, но всегда «недостаточно». Она кончает, но потом лежит и думает: «Это всё?»
Год назад она начала смотреть порно с бондажем и растяжкой. Сначала лёгкое — девушки в верёвках, шлепки, фиксация. Потом жёстче: гинекологические расширители, фистинг, огромные игрушки. Она купила себе средний расширитель Куско (металлический, на АлиЭкспресс за 1200 руб.) и пробовала дома одна. Сначала просто вставляла и открывала на 2–3 щелчка. Возбуждалась от ощущения «открытости». Потом до 5–6 щелчков — уже больно, но терпимо. Кончала от одной мысли, что её влагалище растянуто и не может закрыться. После сеанса ходила пару дней с ощущением «распахнутости», иногда подкладывала прокладку — выделения были обильные.
Она поняла: ей нужна не игрушка. Ей нужно, чтобы это делал кто-то другой. Кто-то, кто не остановится, когда ей станет больно.
Она зарегистрировалась на FetLife под ником LenaRuined. Заполнила профиль честно: «Ищу опытного доминанта для тяжёлого бондажа и экстремальной растяжки влагалища. Хочу дойти до предела. Без ролевых игр, без романтики. Только сессии. Мои лимиты: нет перманентных повреждений, нет публичного секса, крови не много. Возраст 30–55, опыт обязателен».
Ответов пришло немного — около 15 за месяц. Большинство отсеялись сразу: или «приезжай сегодня», или фото члена вместо приветствия, или «я новичок, но очень хочу попробовать». Один написал нормально: 47 лет, зовут Сергей, 12 лет в бдсм-сообществе, бывший врач (анестезиолог), сейчас частная практика. Фото лица нет, но фото рук и инструментов — аккуратные, стерильные, профессиональные.
Переписка длилась три недели. Он задавал вопросы:
— Сколько щелчков Куско ты открывала сама максимум?
— 7. Больно, но терпимо.
— Сколько пальцев вводишь комфортно?
— Четыре. Пять — уже на грани.
— Фистинг пробовала?
— Нет. Только думала.
— Готовность к боли 1–10?
— 8–9, если возбуждена.
— Готовность к последствиям (отёк, кровотечение, невозможность секса 2–4 недели)?
— Да. Хочу именно последствий.
Он назначил встречу через месяц — чтобы она успела подготовиться: купить мазь с лидокаином, сделать анализы на инфекции (он тоже сделал), прийти в форме (спортзал, кегель не делать).
Встреча была в его квартире — обычная двушка в панельке, но одна комната переделана под «кабинет»: металлическая кушетка с фиксаторами, штатив с лампой, набор инструментов в стерильных пакетах, антисептики, перчатки, йод, бинты.
Сначала он просто осмотрел её. Раздел догола, уложил на кушетку в гинекологическое кресло (ноги в стременах). Включил яркий свет. Надел перчатки. Ввёл два пальца — легко. Потом три. Потом четыре. Лена дышала часто.
— Уже расслаблена. Хорошо.
Он взял маленький Куско — открыл на 4 щелчка. Ввёл, зафиксировал. Лена застонала — не больно, но странно.
Потом средний — на 6 щелчков. Боль появилась. Она закусила губу.
— Дыши. Ещё два.
Он открыл до 8. Лена зашипела. Слёзы выступили.
— Видишь? Стенки белеют. Ещё чуть-чуть — и будет микротрещина.
Он не пошёл дальше. Закрыл, вытащил. Кровь не пошла — только лёгкое покраснение.
Потом он трахал её обычным членом — сначала в пизду, потом в жопу (она сама попросила). В жопу вошёл легко — она уже привыкла к пробкам дома. Кончил внутрь (оба сдали анализы, она на таблетках). После секса она лежала, чувствуя, как сперма вытекает из ануса и смешивается с выделениями из влагалища.
— Это только разминка, — сказал он. — Следующая встреча — через две недели. Будем открывать до 10–11 щелчков. И я попробую ввести руку.
Надо просто до ста досчитать и забыть...