из клетки рутины и одиночества. Ее язык скользил по напряженной плоти, ее губы плотно обхватывали ствол, а щеки втягивались от усилия. Она издавала приглушенные, хлюпающие звуки, которые в тишине комнаты казались невероятно громкими и пошлыми.
Алексей не сводил глаз с фотографии. Он смотрел на лицо Виктора, на его улыбку, и это зрелище заводило его еще сильнее. Унижение, предательство, власть — все это смешалось в один коктейль, от которого кружилась голова. Он положил руку на затылок Ольги, не давя, но направляя ее движения. Она послушно ускорила ритм, ее дыхание стало тяжелым и прерывистым.
— Да... вот так... — прошептал он, его голос был хриплым. — Соси... соси, как будто твоя скучная жизнь зависит от этого.
Ее стоны стали громче. Она работала ртом и рукой, ее ногти впивались в его бедра. Она была полностью поглощена процессом, ее глаза были закрыты, тело напряжено. Алексей чувствовал, как нарастает волна. Он снова посмотрел на фотографию, на счастливое лицо невесты, и это стало последней каплей.
С резким, сдавленным стоном он кончил ей в рот, его пальцы непроизвольно впились в ее волосы. Она подавилась, но не отстранилась, сглотнув все до последней капли, ее тело вздрагивало в такт его спазмам.
Она опустилась на пол, тяжело дыша, вытирая тыльной стороной ладони губы. В ее глазах стояли слезы — от физического напряжения, от стыда или от освобождения, он не знал.
Алексей, застегивая ширинку, смотрел на нее сверху. Теперь она была его. Сломанная, униженная и благодарная за это унижение.
— Ну что, почувствовала, что жива? — спросил он, его голос вновь обрел холодную уверенность.
Ольга кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
— Теперь поговорим об Ирине, — сказал Алексей, садясь на край кровати прямо напротив свадебной фотографии. — Мне нужно все о ней знать. Что она любит, чего боится, о чем мечтает. Каждый ее секрет.
Ольга подняла на него глаза. В них читалась борьба — остатки лояльности к подруге и новая, животная преданность этому мужчине, который в этот миг был для нее главным в жизни.
— Она... она любит, когда на нее обращают внимание, — тихо начала она. — Но не нагло. Она любит загадки. Ты... ты ей уже интересен. Она спрашивала о тебе.
Алексей улыбнулся. Это было начало. Ольга стала его агентом, его троянским конем в мире Ирины. И, как он понимал, глядя на ее распухшие губы и покрасневшие глаза, она была его безоговорочно. Теперь путь к Ирине был открыт. И он был готов пройти по нему, не гнушаясь ничем.
Глава 5: Игра в кошки-мышки
Воздух в комнате был густым и тяжёлым, пахнущим сексом, дешёвым вином и предательством. Алексей сидел на кровати, его взгляд скользнул с Ольги, всё ещё сидевшей на полу, на свадебную фотографию. Он чувствовал странную смесь удовлетворения и пустоты. Он перешёл черту, но это была лишь первая из многих, что ему предстояло перейти.
— Вставай, — сказал он, и его голос прозвучал властно. — Приведи себя в порядок.
Ольга послушно поднялась, её движения были скованными, будто она боялась разбудить кого-то в тихой квартире. Она не смотрела ему в глаза.
— Тебе не нужно стесняться, — Алексей встал и подошёл к ней. Он взял её за подбородок, заставив поднять голову. — То, что произошло... это только начало. Ты хотела почувствовать себя живой? Я могу дать тебе больше. Гораздо больше.
Его слова были не обещанием, а угрозой и соблазном одновременно. В её глазах он увидел страх, но ещё сильнее был голод. Голод по вниманию, по страсти, по чему-то, что вырывалось за рамки её скучного брака.
Глаза разуй