стали присоединяться их друзья, потом, знакомые. Иногда, их было много, больше десяти человек. Постоянно прибывали новые лица, я уже и не запоминала их всех, столько их прошло через меня.
Алчный дядя Гаяз, видя то, каким спросом я пользуюсь у мужчин, пожертвовал своим кабинетом, и притащил туда кровать. В кафе развесили большие фотографии, на которых была я, в полуобнажённом виде.
Теперь, он стал брать деньги с желающих переспать со мной, и не малые, кстати, деньги.
Я стала их шлюхой, собственностью, они, что хотели, то и делали со мной. Хочу я чего-то, или не хочу, они меня не спрашивали.
Вот так, я была с ними по несколько раз в неделю, приезжала вся измученная, в синяках и царапинах, а какая у меня была писька… После человек десяти – двенадцати обрезанных членов, да ещё некоторые из которых были просто здоровенными… То, какую ты её сегодня увидел, просто цветочки по сравнению с той, которой она была после них. Я, в первое время, только и пользовалась разными мазями, ранозаживляющими, противовоспалительными, потом, правда, спустя пару месяцев такой эксплуатации, она у меня привыкла, и к размерам их членов, и к такой нагрузке. Вначале, обрезанные члены сильно нашаркивали, все стеночки внутри огнём горели. Но, потом, всё подстроилось, пришло в норму, лишь внешний вид был таким, как сегодня, просто раздутое, отёчное, красное влагалище, естественно, с распахнутым в первое время, входом. Но, к утру следующего дня, она становилась обычной, стала быстро восстанавливаться.
Я, сразу же, пошла, вставила себе спираль, они же не признают секса в резине, члены у них обрезанные, не такие чувствительные, как у русских мужиков, а в резине они совсем слабо всё чувствуют. Ох уж и ебут эти, с обрезанными членами, долго не кончают, замучают просто. Да активно так долбят, словно я для них враг народа.
Они знали, что я замужняя, не опасались на счёт заразы, а друг другу доверяли. Заливали меня своей спермой под завязку.
Вот так, я приходила домой никакая, а ты и не замечал, я не ночевала ночь дома, а ты не спрашивал, где я была. Ты только ещё больше пил, да из дома пропадал. Мне казалось, что ты только рад тому, что у нас секса не было, не интересовался, где я пропадаю, лишь бы я не спрашивала о том, где ты сам бываешь. А я же из-за тебя пошла на это, ради тебя! Уже позже узнала, что у тебя есть любовница. Знала бы об этом тогда, плюнула бы на всё, не стала бы соглашаться, а там будь, что будет, - это твоя проблема. Но, я не знала, думала, что пьёшь ты из-за того, что переживаешь, стресс снимаешь, а пропадаешь где-то, так со своими друзьями. А ты…
Иван сидел повесив голову, ему было реально стыдно, такого он не ожидал услышать.
— Что молчишь, Ваня?
— Прости!
— Эх, раньше бы надо было это сказать.
— Ладно, прощаю.
По щеке Ивана скатилась скупая мужская слеза. Он встал и поцеловал Лену в щёчки, потом, налил себе и ей.
Выпив, он спросил:
— Так, ты и сейчас встречаешься с ними?
— Нет.
— А долго встречалась с ними, все полгода?
— Нет, четыре с половиной месяца, но мне они показались вечностью. За всё это время, как мне кажется, тут, в городе, каждый азиат меня знает. Сколько их через меня прошло… Ты может, замечал, что раньше, я днём выходила на улицу в чёрных очках?
Иван пожал плечами.
— Конечно, где тебе замечать, ты был увлечён своими любовницами. Так вот, одевала я их, что бы меня не узнавали, а то, узнай
Первая работа 5-я часть