считал свою девушку верным ангелочком, и считает до сих пор...
«Техника... — продолжил Сергей, и его пальцы начали рисовать невидимые круги на ее бедре, совсем близко к самой интимной зоне, — это уже следствие. Но раз уж мы начали... Я научу тебя всему. Как работать губами, чтобы не задевать зубами. Как использовать язык, чтобы доводить до безумия. Как дышать. Как глотать. Это целая наука, Катя. И ты станешь моей лучшей ученицей».
Он наклонился к ней так близко, что его губы почти касались ее уха. Андрей не слышал шепота, но видел, как Катя зажмурилась, как ее грудь вздымается под футболкой, как ее собственные пальцы впиваются в диван.
«Поняла?» — спросил он громко, отодвигаясь.
Катя кивнула, не открывая глаз. Ее губы были приоткрыты, лицо залито румянцем.
«Хорошая девочка», — сказал Сергей, и его рука на ее бедре сжалась в последний, властный раз, прежде чем он убрал ее.
Андрей выключил запись. Он сидел в тишине своего кабинета, и его тело разрывалось на части. Мозг кричал о предательстве, о поругании всего святого. Но ниже пояса была одна сплошная, стыдная, невыносимая эрекция. Его жена училась искусству минета у другого мужчины. И он, ее муж, только что получил от этого самое сильное возбуждение за последние годы.
Последний сеанс для Насти