— Я тебя сейчас самого поимею! Ты знаешь, кто это такая?
— Н-нет...
— Это Малая! Мы с ней в Сидне вместе чалились. Кто её хоть пальцем тронет - вмиг замочу!
Заключённые разочарованно разошлись по камерам. Шум постепенно затихал. Уранец подошёл к Сакуре, которая чуть не разревелась и накинул на неё какую-то одежду.
— Ну-ну, Малая, не плачь. Держи мастю. Всё хорошо.
Сакура судорожно вздохнула. Подступавшая было истерика, так и не началась. Сейчас она чувствовала себя в полной безопасности. Уранец отвёл девушку в свою камеру, где ей сделали крепкий, горький чай, и усадил на почётное место.
— За что тебя замели? - Спросил он.
Сакура рассказала ему всю историю с Зорой. И спросила - слышал ли что он что-то молодой ведьме.
— Нет, ведьмочки молодой здесь не видали, но... Давай я начну лучше с начала: Когда я был молодой, я должен был стать конюхом на старой ферме Эшвудов, в Хелгене. Это была непростая жизнь. Слуги любили шутить, что по части пыток старая леди Эшвуд может научить паре хитростей любого военного. Вот почему, как только я повзрослел, то взял то немногое, что удалось скопить, и купил себе меч.
— Так значит ты искатель приключений?
— Можно сказать и так. Именно на ферме Эшвудов я начал свой путь. Но уже не как конюх, а как конокрад. Когда старая леди Эшвуд была убита, юная госпожа уволила всех старых работников. Поэтому я решил направиться в конюшни и помочь себе сам.
— Уранец хлебнул пару глотков крепкого чая, передал Сакуре, которая сделав маленький глоточек, слегка поморщилась, и передала кружку дальше, "семейникам" Уранца, и продолжил свою историю.
— Однажды я ехал по дороге с орком и каджитом. Странное трио, ничего не скажешь. Мы были к востоку от Хелгена, когда заметили телегу, разграбленную бандитами. Мы не ожидали ничего найти, но эту лошадь убили, а сами мы ничего не ели уже несколько дней. Но когда мы вспороли ей брюхо, мы нашли не только мясо, но ещё и маленький белый свёрток. Похоже, кто-то из бандитов припрятал награбленное, не захотев ни с кем делиться. Мы развернули свёрток, но никто из нас не ожидал увидеть то, что находилось в нём. Это было что-то вроде талисмана. Жуткая вещь, с башкой гоблина и тремя глазами.
Уранец оглянулся на других заключенных, которые тоже внимательно слушали его рассказ. Всем было интересно, что это за вещица такая.
— Глаза были из драгоценных камней. - Продолжил он. - Сияли как зубы дворянина. Безделушка мне сразу не понравилась, но орк и каджит только посмеялись. Пришлось забрать свою долю.
— Что стало с этим украшением. - Спросила Сакура.
— На следующий день мы поймали повозку до Рифтена. Каджит сказал, что он знает кое-кого в Гильдии, кто поможет нам с оценкой вещицы. Только в дороге орк внезапно встал со своего места, без всякой причины. В следующую секунду он ударился головой о ветку и моментально умер.
В камере наступила мёртвая тишина. Все внимательно слушали рассказ авторитета. Такие истории были весьма популярны в местах не столь отдалённых, и зачастую зеки были весьма суеверными людьми. Хотя некоторые из них принципиально испытывали скепсис. Но Уранца уважали и помалкивали.
— Каджит рассмеялся, приговаривая, что наши доли только что выросли. Но двумя днями позже он подавился в Айварстеде лошадиным окороком. Я так и не довёз талисман до Рифтена. Однажды в таверну зашёл один норд. Мы разговорились. Он признался, что он конокрад. Я рассказал ему историю про талисман. Он сказал, что с радостью избавит меня от этих проклятых камней. Последнее, что я слышал о
Радикалка