мной… Ты моя… Никто не будет над тобой смеяться, пока ты принадлежишь мне. Никто не обидит, - обнимал голые спину и плечи, и она подняла подбородок, пытаясь поймать мои губы своими.
— Мне так приятно быть вашей… уютно… Вы не оставите меня… одну?
— Никогда! – ляпнул, не успев прикусить язык. Как-то я слишком расчувствовался. Давать такие клятвы уж точно не собирался! – Теперь, когда ты полностью одета… Хочу полюбоваться прекрасным телом!
Обхватил женщина за талию, начал поднимать её с пола. Чулки и туфли решил оставить. Для меня значительной роли они не играли, но помогли сохранять Елене иллюзию. Она прикрывала лобок и грудь, сильно сутулилась, нерешительно оглядывалась… но продолжала стоять передо мной. Одетая в кольца на сосках и дерматиновый поясок на бёдрах. Ещё и кулон между полных грудей.
— Повернись спиной.
Покачивая бёдрами, Елена развернулась. Вполне ещё тонкая талия переходила в округлые ягодицы, которые чуть раздвигались пробкой… Только сейчас я заметил следы от фломастера на её заднице. Он бы ещё прицел нарисовал.
— У тебя великолепная фигура! - добавил в голос искреннее восхищение. – Жаль, что у меня в кабинете нет зеркала.
Женщина покачала головой, но возражать вслух не стала.
— Подойди ближе, - она сделала пару шагов назад.
Я обхватил широкие бёдра и начал целовать и покусывать упругие ягодицы.
— Они станут ещё красивее, когда покраснеют и опухнут от ударов… - на эти слова, она не стала качать головой.
Ну что же… Дальше откладывать было глупо. Посмотрел на рабочий стол, но решил, что будет слишком сухо и официально. Подвёл её к креслу, и она сама уткнулась головой в мягкую обивку
— Подожди, - взял смятые трусики и затолкал ей в рот. – Они ещё влажные… Пропитались твоим вкусом…
Женщина удовлетворённо заурчала. Руки я связал лифчиком. Точнее, просто обмотал запястья. Сомневаюсь, что она захочет освободиться, но лишать её такой возможности не собирался. Наконец взял дрожащими пальцами лопатку, и нерешительно шлёпнул в первый раз по отставленной попке.
— Хочу продлить наслаждение, - прошептал я, продолжая шлёпать. – Мне нравится, что моя шлюха не только красивая, она… покорная…
Ягодицы чуть подрагивали от ударов, постепенно краснея. Интересно, как будет колыхаться мягкая задница Риты? Скоро узнаю. Женщина начала постанывать, и, когда кожа приобрела ровный оттенок, усилил удары. Очерчены настолько широкие плавки, что оказалась доступна почти вся площадь задницы, наливающейся фиолетовым цветом. Странное ощущение – мои руки дрожали, сердце колотилось, но сексуального возбуждения совсем не было. С женой иначе… Отбросил лопатку и начал поглаживать горячие полушария, которые дрогнули от моего прикосновения. Оказалось, всё не так сложно… Елена продолжала лежать неподвижно, глотая слёзы и всхлипывая. Надеюсь, она не разочаровалась. Надеюсь? Что, если… в своих гениальных расчётах допустил фатальную ошибку – не было необходимости в самих расчётах! Осталось придумать – как это проверить? Я не могу просто спросить! Слишком часто повторял в последнее время, что могу делать с ней, что пожелаю. Это мой контракт… Елена сама это сказала… Хорошо, если не могу спросить напрямую… Можно иначе.
Подхватил женщину за плечо, помогая подняться. Секретарша упёрлась руками в столешницу, отставив синеющие ягодицы. Взял маркер, и у самой её груди замер.
— Насколько понимаю, купальник у тебя закрытый? – спросил недрогнувшим голосом. Она не могла не понимать, зачем мне маркер и что писать собираюсь не новогоднее поздравление.
— Да, с высоким вырезом и закрывает бёдра, - Елена повернулась ко мне, с трудом выпрямилась.
Вот так просто? Хорошо… Под грудями написал крупными буквами "ШЛЮХА". Мы слишком часто использовали это слово, и оно потеряло особую пикантность, но фантазии на большее не
Письмо Пэрис Хилтон Ксении Саабчак, или Кто же на самом деле выиграл войну с Грузией?