— Тогда снова открывай рот. – тихим голосом приказал друг семьи.
Танечка покорно его раскрыла. Тут же в него, Александр затолкал ее трусики, в которых она пришла, и оторвав кусок скотча, заклеил им рот девушки. Танюшка начала ощущать на языке вкус своих выделений, и как слюна плавно пропитывает сухую ткань. Для нее это было очень унизительно, но в тоже время, сильно возбуждало, вызывая небывалую вибрацию в животе.
— Теперь, руки назад. – снова скомандовал мужчина.
Девушка покорно завела свои тонкие руки за спину. На ее запястьях, мгновенно, стал накручиваться плотный скотч. Когда со стяжкой ее рук было покончено, Александр положил ее на спину и начал сматывать клейкой лентой щиколотки девушки. Танюшка не понимала, что от нее хотят, но интуитивно чувствовала, что на этом все не закончится.
Постепенно в нее начал закрадываться страх. Женским чутьем она понимала, что дальше будет только хуже, или наоборот, еще интереснее для нее. Смотав девичьи хрупкие щиколотки, мужчина закинул ее ноги к голове. Затем, притянул ноги Танечки к смотанным запястьям, оставив скотча, длинной около полуметра.
В таком положении, куколка, не могла, вообще, никак пошевелиться. Она чем-то напоминала эмбриона в утробе матери, только, которого достали наружу. Все ее щели и дырочки раскрылись, выставляя себя на всеобщий обзор. Наконец-то Танечка поняла, в какую она попала ловушку, но было уже поздно. Девушка находилась в полной власти мужчины и сейчас, он мог сделать с ней все, что ему заблагорассудится.
— У-у-у... - замычала громко Танечка, сквозь кляп из собственных влажных трусиков, пытаясь сказать Саше, что «Домой».
— Нравится, сучка? – ухмыльнулся мужчина, глянув на девушку затуманенным взглядом. – Сейчас тебе будет еще лучше. – оскаблился он, плохо отдавая себе отчет, от увиденного зрелища всех девичьих прелестей.
Танюшка начала дергаться, пытаясь освободиться от крепких умелых пут. Ее связали будто кобылицу, которую отправили на выгон, и теперь она не сможет уже убежать. Эти действия еще больше раззадорили мужчину, и его член встав в полный рост, начал дико пульсировать, обнажив посиневшую головку.
Увидев эту картину, Танечка испугалась еще больше. Она не хотела лишиться девственности таким способом. Ей, это все, представлялось по-другому и в более радужных тонах. Скажем так, более романтично и при свечах. А не так, связанной, с дырками наружу, и где, просто, сорвут целку. В этот момент, девушка заплакала.
Слезы потекли по ее розовым щечкам, стекая на кукольную шейку. Дырочки расслабились, уже готовые ко всему, а щель, не известно почему, стала еще мокрее. Александр, увидев состояние девушки, засмеялся по-доброму, а затем, сказал:
— Дуреха, ты, – поцеловал ее в промежность, лизнув приоткрывшуюся щель, - мы же играем. Все будет хорошо. Обещаю тебе.
От этих слов, Танечка немного успокоилась и перестала дергаться. Ее анус, против воли девушки расслабился и выпустил воздух, не зная откуда взявшийся в нем. Приоткрылся, как бы приглашая друга семьи посетить его. Мужчина это увидел, и наклонившись облизал его.
— А вот попке, сегодня придется еще немного поработать. – сказал Саша и приставил посиневшую головку к покрасневшей розочке сфинктера.
Глава 6. Игры продолжаются
Мужчина слегка двинул тазом вперед, и гладкая головка его пульсирующего фаллоса вошла наполовину в покрасневший анус худышки. М-м-м..., глухо простонала Танечка сквозь кляп у себя во рту, ощутив легкую боль в заднем проходе, и рефлекторно попыталась его сжать. Но, упругая головка в нем не дала этого сделать.
Дядя Саша заметил, как колечко воспаленного девичьего сфинктера мгновенно сжало его член и тут же расслабилось. «И, правда, зачем я буду мучить эту прелесть? – пролетела мысль в его голове. – Надо
Лерочка