— Ты хочешь её? — Кристина кивнула на Софию. — Хочешь трахнуть её в зад, пока я буду в пизде? Или хочешь, чтобы Влад выебал тебя, а я посмотрю?
Выбор был, как в кондитерской. Но мне вдруг захотелось чего-то другого. Я посмотрел на Влада, который ритмично насаживался на рот своей жены, потом на Кристину, которая снова начала двигаться.
— Я хочу, чтобы ты меня трахнула, — сказал я, глядя ей в глаза. — Прямо сейчас. Как тогда, на даче. Жестко.
Глаза Кристины вспыхнули. Она резко вытащила свой мокрый хуй из Софии (девушка жалобно всхлипнула от потери), встала и толкнула меня на свободный участок пола, рядом с ними. Я даже сориентироваться не успел, как она перевернула меня на живот, задрала задницу кверху и, даже не предупреждая, без лишних ласк, вонзила свой огромный член в мою дырочку.
Я заорал. Не от боли — от резкого, оглушительного наполнения. К этому члену невозможно привыкнуть. Он каждый раз как новый. Кристина даже паузы на привыкание не дала. Сразу начала долбить. Жестко, быстро, глубоко. Мои яйца шлепались о её лобок, её яйца — о мои ягодицы. Слюна, смазка, пот Кристины, её соки и соки Софии — всё это смешалось в единую скользкую массу, по которой её хуй скользил как по маслу.
— Вот так, мой хороший, — рычала она мне прямо в ухо, наклоняясь и прижимаясь своей мокрой грудью к моей спине. — Соскучился по мамочкиному агрегату? Сейчас я тебе напомню, чья ты собственность.
Я уже ничего не соображал. Только мычал и подмахивал, насаживаясь на этот жирный, горячий ствол как можно глубже. Краем глаза видел, что Влад, не переставая трахать рот Софии, одной рукой надрачивает себе, глядя на нашу сцену, а второй — мнет её грудь. София же, освободившаяся от хуя Кристины, вовсю помогала мужу рукой, заодно лаская свой клитор.
— Нет, рано, — скомандовала она и снова больно сжала мои яйца. — Я не кончила ещё. Работаем.
Она выпрямилась, взяла меня за бедра и продолжила вколачивать в пол. Её темп стал просто бешеным. Меня трясло как в лихорадке, перед глазами плыли круги, но она не останавливалась. Я уже просто висел на её руках, тряпичная кукла, которая только и может, что принимать этот нечеловеческий напор.
И тут Влад, видимо, тоже достиг предела. Он громко зарычал и, судя по тому, как дернулся его кадык и как жадно зачмокала София, кончил ей прямо в глотку. София глотала, не переставая ласкать себя, и через секунду тоже забилась в оргазме, глухо мыча на члене мужа.
Это зрелище добило и Кристину. Она издала победный, звериный рык, вогнала свой хуй в меня до упора, до самого предела, и я почувствовал, как внутри меня начинает разливаться горячая, густая лава. Она кончала долго, толчками, буквально выдаивая себя в мою дырочку. Каждая струя отдавалась во мне маленькой судорогой. И этого хватило, чтобы мой организм, несмотря на сжатые яйца, тоже не выдержал. Я кончил, даже не касаясь члена. Просто брызнул на пол, заливая всё вокруг, и провалился в темноту.
Очнулся я в кровати. В своей спальне. Вокруг было темно, только из приоткрытой двери лился слабый свет. Рядом кто-то сопел. Я повернул голову — Влад. Спит как убитый, развалившись на животе, его толстый, уже обмякший член свесился с кровати почти до пола. Храпит, зараза, но тихо.
Из гостиной доносились приглушенные голоса и смех. Я встал, натянул трусы (потому что ходить голым перед Владом, когда
Недотрога