Нурса не видела, что я в резинке и без сомнения, готова была принять мой член после Юккиной задницы, но я-то уже знал, что всё прекрасно успею.
Понятное дело, что через какое-то время я драл покорённую задницу саамской девственницы уже без всякого снисхождения, бодро и с оттягом, звонко шлёпая лобком о её ягодицы. Юкка, растянув руками свои булочки в стороны, надрывно ревела в подушку, причитая себе под нос.
«Я всё, я всё, … я уже в-с-ё- ооо!»
Отчаянно обнимая растраханным сфинктером мой член, Юкка сжалась и конвульсируя повалилась на бок, а я, в мановение ока стянул с себя резинку и на одном дыхании засадил офигевающей от такой оперативности Нурсе, сразу и по самые яйца.
Ухватив партнёршу за шею я двигался резко и глубоко. Широко раскрыв в удивлении глазки, полукровка стонала вцепившись коготками мне в задницу. Ещё несколько неистовых фрикций и я извергаюсь в её горячее нутро ничуть не меньшим, чем в первый раз, зарядом.
Семя не прекращая выплёскивается глубоко внутри, я обнимаю её лицо рукой и целую чужую саамскую красавицу в губы.
«Теперь не сомневайся, всё будет именно так, как ты хотела.»
***
Наш баркас снова заправлен под завязку, саамские сувениры погружены, девушки счастливы и нацелованы, а мы с похмельным Ваганычем уже направляемся на пирс, когда я вижу, что нам на перерез идёт Николай и ещё двое его соплеменников, с раскрасневшейся Юккой и ружьями на перевес.
— Ну что парень, бывал когда-нибудь на саамской свадьбе?
Удивлённо развожу руками в стороны.
— Не-ет.
— Пошли жених, тебе у нас понравится.
— С чего бы это?
Старший Гавридов тянет к себе за руку дочь.
— У вас было?: - Юкка опустив голову улыбается, и молча кивает в ответ.
— Испортил девку - должен жениться, таковы тут наши обычаи.
Двое подручных Николая, уже схватили меня за одежду, но кто тут думал сдаваться?
Я вырвался и оттолкнул аборигенов, на что Николай уже взвёл ружьё.
— Лучше по-хорошему, парень.
Разводя руками в стороны, я всё же надеялся, что стрелять не станут.
— А может проверим, так ли всё на самом деле?
В наш спор вмешивается «Старый», стоявший всё это время с Ваганычем чуть поодаль.
— Ты говоришь что ничего не было?
— Говорю, что не было.
— Так, спокойно, мужчины! Разберёмся по существу. Идём, деточка, моя Мариам сейчас всё нам скажет. – Вачик берёт Юкку за руку и заводит в свою куваксу.
Ожидание напряжённее не придумаешь, мужчины с ружьями настроены решительно, а я всё думаю как бы мне размотать их кулаками и не умереть?
Минут через пятнадцать, вытирая руки полотенцам к нам выходит Мариам Карапетян.
— Обычай не нарушен, ваша Юкка - девственна. Отпустите парня.
Я разжимаю кулаки и с облегчением выдыхаю. Вооружённые товарищи Николая, вешают свои ружья на плечи, а он сам, ставит на предохранитель и подходит к растерянной дочери.
— Ты чем хоть слушала то Юкка? Неужели мать, не объяснила тебе разницу?
Мило моргая глазками, растерянно улыбаясь, девушка отрицательно мотает головой. Её отец, разочарованно вздыхает и вешает ружьё за спину.
— Извини, Макар, надеюсь без обид.- натянуто улыбается - Мы не могли не попытаться.
— (улыбаюсь в ответ) Да уж какие обиды, спасибо Вам за гостеприимство.
Николай пожал мне руку и вручил конверт с деньгами.
— Про уговор я не забыл, номер твой, если всё получилось, возьму у Ваганыча.
***
«Надежда» отшвартовалась и мерно тарахтя дизелем, отчалила.
Две незабываемо милые, ласковые подружки саамочки, приобнимая друг дружку, ещё долго мне махали, стоя на пирсе, пока и вовсе не скрылись из виду.
Впереди меня ждали две островные точки, новый, совершенно дикий опыт и яркое, взаимное чувство.
Воспоминания из детства. 1981 год