текущие дела, с которыми справится и секретарша. Если и не справится… плевать!
Собирался позвонить жене и направиться домой, но решил зайти в кафе. Обдумать… Впрочем, обдумывать было нечего. Как там в народе говорится – мене, текел, фарес. В переводе, а не в толковании, которое всегда казалось надуманным. Моё предполагаемое повышение сработало как катализатор, запустив цепь необычных событий, и случиться ли оно – уже не важно.
Елена с Раей ещё сидели за столиком, но не заметили меня, и я скромно забился в уголок. Они что-то оживлённо обсуждали, смеялись, кивали и охали. Одним словом – вели себя как ровесницы, причём, Раины ровесницы.
Как замечательно было в детстве, когда Новый год представлялся весёлым беззаботным праздником. Подарки, веселье и бонусом – становишься ещё на год старше. Вот почему-то на день рождения у меня не было такого ощущения, а новый год действительно сдвигал стрелку часов. Потом приходит понимание, что становишься не старше на год, а старее… И-и-и… Уже не так радостно и беззаботно. Немного возвращалось такое ощущение, когда ребёнок был маленьким. Ожидание счастья, чуда и смотришь в распахнутые беззаботные глаза… Недавно и сам так смотрел на мир… Совсем недавно… Я же помню! И молодую красивую маму, и сильного весёлого отца… И казалось, что так будет всегда.
— Вы хорошо замаскировались, - раздался голос над головой.
— А-а-а? А, это ты… Вообще-то я…
— Лена сказала, что раз вы не подошли, значит хотели посидеть в одиночестве, - Рая уселась напротив, вызывающе посматривая на меня. – Но я подумала, что в нерабочее время могу побыть вашей дочкой… Как раньше.
— Какого… То есть, ты не моя дочка, - мои губы сами растягивались в улыбке. – Не вздумай залезать мне на колени. Ты уже килограмм восемьдесят весишь! Или больше?
— Вы в курсе, что ваши шуточки нанесли мне неизгладимую психологическую травму и пожизненный комплекс неполноценности?
Елена оставалась за своим столиком, выжидающе поглядывая на меня. Я качнул подбородком, и она вышла из кафе. Слишком много пришлось бы объяснять, чтобы она поняла наши подколки и шутки правильно.
— Лишь потому, что ты была самым прекрасным ребёнком на детской площадке. Приходилось тебя приучать, что мир жесток и завистлив.
— Мир в этом не виноват. Это глупые и жестокие людишки создали для себя такой мир. И нам, - последнее слово она подчеркнула интонацией, причисляя и меня. – Нам приходиться к этому приспосабливаться.
— Чёрт… В этой милой головке бродят крамольные мысли, - попытался отшутиться я. Много лет назад мне удавалось морально доминировать над двенадцати-тринадцатилетней девочкой, задвигая безумные концепции. Она весело и беззаботно хохотала, как от щекотки. Не думал, что она воспринимала их и осмысливала.
— Я превзошла своего учителя, мой… Князь! – судя по интонациям, титул прозвучал с большой буквы.
— Надеюсь, Дракула, а не Кропоткин, - положенный на лопатки я едва отбивался.
Рая весело и беззаботно расхохоталась, напоминая себя многолетней давности. Что за идиотский диалог? Мы частенько обменивались многозначительными абсурдными фразами, которые приводили в недоумение её родителей и мою жену.
— Если не секрет – почему та весёлая озорная девчонка превратилась в это бледное, невыразительное существо? – решил кардинально сменить направление беседы.
— Потому что прекрасный князь бросил свою маленькую княжну, - девушка прямо смотрела в мои глаза. – Он был так увлечён моей… княгиней, что поспешно свалил, не подумав о моих… её чувствах!
— Э-э-э… Но… Тогда княжна была ещё слишком… маленькой… - насколько неловкий разговор!
— В тринадцать лет? Или вы думаете, что все желания и переживания включаются ровно в восемнадцать?
Терри