- жена опустила взгляд, и её щёки начал заливать румянец. – Дело в том, что… Ты первый и единственный мужчина, который… С которым…
— Ты хочешь сказать, что… - не смог договорить фразу, поражённый догадкой.
— Мне хотелось казаться крутой и опытной, - теперь Юлька откровенно покраснела. – Никогда не собиралась в этом признаваться, но… Я никогда не была красавицей, и ты был первым парнем, которого мне захотелось… соблазнить.
— Блять! Это звучит обидно! – опустился на кровать, отводя взгляд. – Тогда… Много лет назад… я трахнул девственницу? Но ты… хорошо справилась, и твоё… было вполне…
— Тогда ещё не было такого разнообразия секс-игрушек… - почти прошептала она. – Огурцы, бананы, кабачки… Мои первые мужчины…
— Блять! Это… Это пиздец! – я расхохотался, неожиданно для себя самого. – Чувствую себя извращенцем!
— Который трахнул никому не нужную страшную девчонку!
— Ты не была красавицей, но страшную я не смог бы трахнуть, - фыркнул я. – Запиши это в комплименты. Но-о-о… Подожди, но Ритка…
— У неё никогда не было проблем. Даже из того, что я знаю, ты едва входил в первую десятку. Именно поэтому могу утверждать, что ты был для неё… особенным. Не просто проходным партнёром.
Не могу понять, почему это признание для меня всё изменило? Всю жизнь был единственным для своей жены и сейчас своими руками… Нет, так всё же лучше, чем она сама, за моей спиной! Надо сказать… что-то значительное! Подцепил пальцами подбородок жены, заставляя посмотреть в мои глаза.
— Понимаю… Теперь понимаю… - прошептал я. – Ты понимала, что принадлежишь только мне и… Это тяготило тебя. Именно поэтому ты начала… те странные отношения. Это продолжало тяготить, и ты выбрала отношения, в которых сама решала, что и как будет происходить. Это не твои извращённость и распущенность, а твои… закомплексованность и застенчивость!
Губы жены задрожали, а из глаз потекли слёзы. Это не было плачем или… или…
— Ты упустила важный момент, - прошептал я, целуя дрожащие ресницы. – Это прекрасно! Ты всегда была решительной, волевой и прекрасно знала, чего хочешь, но… Ты сомневаешься, боишься, смущаешься… Только теперь понимаю, почему тебя полюбил. Всегда мечтал именно о такой женщине и подсознательно понимал… Спасибо, что призналась…
Елена говорила, что ей приятно находиться у моих ног. Не потому, что я мужчина. Не потому, что я начальник.
— На колени… любовь моя… - это был даже не шёпот, а шевеление губ, но Юля поняла и опустилась передо мной. – Ты достойна моего признания… Моя жена, любовница, шлюха или рабыня… Это всё означает, что… Я тоже принадлежу тебе.
— Я… Я люблю тебя! – теперь уже Юля точно разрыдалась. Этот всплеск эмоций подействовал на меня отрезвляюще. Последние несколько минут… Что я ощущал, что говорил и делал? Возможно, это и не было ложью, но… Правда делает тебя уязвимым. Говорить правду – это означает… открываться. Это не…
Резкий звонок прервал мои размышления. Звонок телефона, а не дверной.
— Виктор, мы подъехали, - раздался хорошо знакомый голос секретарши. – Я подумала сначала позвонить…
— Конечно же, ты правильно подумала, - усмехнулся я, глядя на жену сверху вниз. – Можете подниматься. Надеюсь, ты в наряде Снегурочки?
— Да, и в её нижнем белье, - хихикнула Елена.
— Раздевайся… Догола! – отключив вызов, коротко приказал я жене, изучая рисунок на мониторе.
Рядом на столе лежал моток толстой верёвки. Никогда у нас в доме такой не было. Юлька купила её специально. Она хорошо подготовилась, и я не собирался нарушать её планы. Не потому, что осознал или понял некое откровение. Просто, у меня
Верни меня в прошлое