рыком, что дрогнули стёкла в шкафах, кончал обильно, не переставая, заляпывая ей всё лицо горячей, липкой спермой.
Лена сидела на коленях, вся в его семени, тяжело дыша через рот, не в силах пошевелиться. Оно стекало по её векам, по носу, капало с подбородка на свитер. Запах была острым, мужским, победным.
Женя, тяжело дыша, смотрел на своё творение. Потом рассмеялся — хрипло, от души.
— Ну ты даёшь, соседка! Ты — огонь! Ромка, ты видел? Она же глотала, блядь, как пылесос! — Он наклонился к Лене, вытер большим пальцем каплю спермы с её губы и сунул этот палец ей в рот. — На, попробуй на вкус. Твоя награда.
Лена послушно облизала его палец, глотая смесь спермы и его пота. На вкус это было... правдой.
— Ну что, — сказал Роман, наконец вставая со стула. Он подошёл к ним. Его взгляд скользнул по её заляпанному лицу, и в его глазах вспыхнул знакомый, холодный огонёк. — Тест пройден. И даже перевыполнен. Значит, игра продолжается.
Он взял Лену за руку и поднял её. Она стояла, вся липкая, дрожащая, с безумием в глазах.
— Теперь, Лен, — тихо сказал Роман, проводя рукой по её щеке, смешивая сперму Жени с её слезами, — теперь ты официально принята в наш клуб. И следующая часть входа... она будет дороже. Готовь свою попку. Женька не зря про дорогу говорил. Он любит именно там ставить свои печати.
Женя, уже поправляя штаны, зловеще заулыбался.
— О да, детка. Теперь очередь моей любимой игрушки. Не бойся, я смазку всегда ношу с собой. Для таких... особых случаев.
Лена посмотрела на одного, потом на другого. На двух самцов, да не.скорее хищников, между которыми она оказалась. Страх вернулся, ледяной и острый. Но под ним желание идти до конца ведь проснулась та внутренняя блядь которая есть в каждой хозяйке.
?В Сочи, на три ночи?