лифчика заканчивалось чуть выше сосков, но было совершенно прозрачным.
— Ты открыта передо мной, - прошептал я. – Ты больше не станешь скрывать своё тело?
— В магазин мне пришлось брать халат. Переодевалась под ним, потом показывала мужу. Но сейчас, когда моё тело в ваших руках… Этот страх остаётся, кажется мучительным, но приятным, как и боль… которую вы мне подарили.
— Мне нравится, когда на тебе сохраняются следы… нашей любви.
— Вы можете освежить их в понедельник. Не ограничиваясь купальником…
— И без ограничений найду потайные местечки, которые подарят мучительную приятность. Эти твёрдые сосочки… Такие мокрые нижние губки… Просто решил оставить их на сладкое.
— Вы хотите… сделать мне пирсинг? – я постарался сохранить нейтральное выражение лица, но сомневаюсь, что у меня это получилось.
— Уж точно не сейчас. Если моё повышение произойдёт – это будет хорошим подарком, - уже вовсе не радует возможное назначение. Мне и дома начинает нравиться! – Сейчас хочется посмотреть, как вы работаете с мужем в паре. Вернёмся за стол.
Скинул с неё шубку, оставив только в нижнем белье. Кружевной комбидресс надёжно скрывал основную часть её тела, и женщина не стала паниковать.
— После того, как вы развлеклись с моей женой, хочу увидеть вашу благодарность, - взял Юлю за руку, усадил её в кресло. – Встаньте перед ней на колени, снимите её чулки и туфли.
Честно говоря, никогда сам такого не делал. Нет, чулки приходилось снимать, но уж точно, не стоя на коленях. Елена и Валя проделали сказанное бережно, даже с некоторым трепетом. Жена откинулась на спинку, одарила меня благодарным взглядом и прикрыла глаза.
— Вам нравятся её ножки?
— Они великолепны! – восторженно выдохнул Валя. – Узкая, ухоженная стопа… Тонкая лодыжка, повторяет форму изысканного бокала... Маленькие доверчивые пальчики, которые поджимаются от волнения… Если мы с Ленточкой могли бы успокоить их, лаская своими язычками…
Никогда так витиевато не выражался! Неужели голые Юлькины лодыжки выглядят настолько возбуждающе, как он их описал. Хотя, вид изогнувшейся Елены, отставившей опухшие покрасневшие ягодицы… Вполне мог сравниться.
— Можете начинать, - суховато приказал я, привыкая к новым отношениям и странным ощущениям.
— Простите, Госпожа, - пробормотала Елена. – Никогда такого не делала. Если сделаю что-то не так…
Юля приподняла ногу и накрыла пальчиками шевелящиеся губы. Её муж, придерживая пятку, начал бережно целовать ступню и пальцы, лаская их языком. Елена покосилась на него, повторяя эти действия. Потом Валя начал обсасывать пальчики, втягивая их в рот и старательно облизывая. Елена занялась тем же. Юля обмякла в кресле, издавая невнятное гудение. Интересно, такие ласки приятны сами по себе или ощущением униженности партнёра? И что приятного в них для Вали? По признанию Елены, он часто её ласкал подобным образом. Сделать приятное любимой женщине? Я понимаю, что сейчас он старается скорее ради своей жены, чем моей, но… Зачем? Елена готова на всё для меня, хотя я никогда такого не требовал! Мне и секса хватало! Чувствую, что в происходящем есть какая-то логика, но не могу её уловить.
— Поднимайтесь выше. Сделайте массаж, - издал я новое распоряжение.
Юля выглядела так, словно готова была кончить от таких поглаживаний. Глупо просто стоять и пялиться. Надо и самому как-то поучаствовать. Зашёл за спинку кресла и начал целовать жаркие губы жены, которые широко распахнулись, пропуская мой язык.
— Раздвинь колени, - прошептал я, оттягивая в сторону узкую полоску её трусиков, которые буквально впились в мокрую щель. – Я позволю им… приласкать твой… чувственный бутон.
Вроде как не спрашивал, а ставил её перед фактом. Вроде как, она могла бы дать отрицательный ответ. Супруги
Золушка