Категории: Зоофилы | Зрелые
Добавлен: 28.02.2026 в 04:35
квартире было тепло, и никто ее не видел. Она вышла из ванной комнаты и вернулась в свою роскошную спальню, промокнув себя полотенцем.
Спальня была именно такой, какой можно представить себе богатая женщина. Белый ковер с высоким ворсом, огромная двуспальная кровать, белые шелковые простыни. Белые стены, белые шторы на окнах. Солнечный свет Санкт-Петербурга проникал в комнату. Пожалуй, единственным, что в комнате не было белым, была сама Римма Аркадьевна, имевшею кожу шоколадно-коричневого цвета, полученную на недавнем отдыхе в Испании.
Римма Аркадьевна подошла к кровати, села на край, взяла бутылочку кокосового масла и начала смазывать им руки, ноги и живот. Она старалась не превращать это в очередную процедуру самоудовлетворения, но ей было так одиноко. Масло делало кожу мягкой, а также доставляло такое удовольствие, её руки легко скользили, по коже. Было бы так легко нанести немного на живот, бедра и откинуться на кровать... Так легко просто медленно втереть его, распределить между ног и начать все сначала, как в душе.
Она пыталась сопротивляться, но не смогла сдержаться. Руки скользнули, по ее груди, по одной на каждой груди, втирая масло. Ее глаза медленно закрылись, она погрузилась в фантазии... Она думала о мужчинах с большими членами, думала о том, как ее используют... Римма Аркадьевна не могла сдержаться. Она была здесь, чтобы ее использовали. Ее руки двинулись вниз, к паху, затем... Остановились.
Римма Аркадьевна была не одна в комнате. Она это чувствовала.
Она открыла глаза и оглядела комнату. Вроде, никого не было. Римма Аркадьевна села, изменив ракурс, и тут увидела проклятую собаку.
Лестер был собакой её первого мужа Эдуарда. Большой золотистый семилетний лабрадор. Он не растолстел, как многие лабрадоры. Он был энергичным псом и всегда был единственным, что волновало Эдуарда. Римма Аркадьевна не любила этого пса, но когда Эдуард ушел от неё, она твердо решила оставить его себе. Она знала, что Эдуарду будет больно потерять его, и если у нее будет возможность причинить ему боль, она обязательно это сделает.
Лестер стоял в дверях, странно глядя на Римму Аркадьевну. Казалось, он чего-то ждал. Римма Аркадьевна смотрела на него. Он смотрел на нее. Она инстинктивно сжала бедра и прикрыла грудь руками. Когда ее ноги сомкнулись, пёс сделала шаг назад и заскулил.
— Чего ты хочешь? — спросила Римма Аркадьевна вслух. В её голосе не было ни капли любви. Собака олицетворяла бывшего мужа Эдуарда, и никакой любви в ней не было. Эдуард был ублюдком. Он хотел сделать с ней столько всего в сексе, и всякий раз, когда она говорила «Нет», он уходил за этим в другое место. Он ненавидел, что она сосала член, но не глотала сперму. Он ненавидел, что она не принимала его член в свою задницу. Он ненавидел, что она не говорила пошлости.
Пёс прошел чуть дальше в комнату. Римма Аркадьевна осталась на месте, — руки на груди, ноги вместе. Они продолжали смотреть друг на друга.
Римма Аркадьевна не знала, что Лестер был не просто обычной домашней собакой. Эдуард её бывший муж, любил собаку не потому, что любил гулять с ней или играть в апортировку, а из-за других физических занятий, которые им нравились. Эдуард часто пытался уговорить Римму Аркадьевну вести себя немного развратнее в постели, изображая из себя шлюху, как она это называла. Но правда заключалась в том, что как бы далеко она ни заходила, он всегда хотел, чтобы она шла дальше. Когда она начинала сопротивляться, из-за относительно незначительных вещей, Эдуард решил найти шлюх, которые готовы на всё. И тогда он отправлялся и забирал с собой Лестера.
Джилли