на бок, чудом вырываюсь из-под колена и выскальзываю из адского кокона смрадных тел. Пытаюсь бежать и падаю. Ползу, обдирая руки и ноги в кровь, встаю и бегу, что есть силы, дальше в черноту ночи. Но меня легко найти - по кровавым следам и по шлейфу страха и ужаса, который безошибочно чуют мои преследователи. Меня снова хватают, и я распадаюсь в грубых объятиях и враждебной темноте. Я уже ничего не вижу, ничего не чувствую, ничего...
Вокруг пустота.
Медленно открываю глаза. Звёзды стоят на месте, размытые дождём. Поднимаю голову и озираюсь: кругом ни души. Не знаю, сколько прошло времени или лет. Я с трудом встаю, тело отзывается немыслимой какофонией боли.
И я – голая, и босиком, и бреду, и растворяюсь в дожде.
...Солнце пробилось сквозь горизонт и вспыхнуло красным заревом над вечным морем. Я вскарабкалась на обрыв, и замерла. Кругом, насколько хватает глаз, бескрайняя даль, озаряемая наливающимся рассветом, несущим покой и надежду. Сотканное из солнца и воздуха тепло укрывает меня, а ласковый солёный ветер вычищает всю скверну и ужас вчерашней ночи.
Что же ты, наделал, Володя... Я так верила, что у нас все получится. Но это был не ты. Ты – моя фантазия и моё проклятие. А где же тогда мой – родной и единственный?
– Где ты?!
Крик отчаяния вспарывает пространство над морем, но даже эхо не долетает до меня. Вокруг тишина равнодушия.
бедный я!