к нему почти вплотную, остановившись в полуметре. Ее лобок был прямо на уровне его глаз.
— Хочешь, расскажу тебе про неё? — тихо спросила она. — Я люблю, когда мою киску гладят. Ласково так, нежно. Люблю, когда целуют ее. Люблю, когда пальчиком трогают вот тут, — она указала пальцем на свой клитор. — Вот это место. Оно у меня самое чувствительное. Если долго водить, я кончаю. Сильно-сильно. Вся дрожу и кричу.
Дядя Коля смотрел, не отрываясь, и рука его стыдливо задвигалась по члену прикрытом полой плаща.
— А можно я... поближе посмотрю? — прошептал он, наклонясь носом к лобку Маши.
— Можно, — разрешила Маша. — Только не трогай.
Дядя Коля опустился на колени в мягкий мох перед девушкой. Его лицо оказалось так близко к ней, что он смог почувствовать нежное тепло её тела и уловить тонкий запах трепета и возбуждения.
— Блядь... — выдохнул он, глядя на блестящие, чуть припухшие губки. — Какая же ты... Как персик... И складочки... Одна длиннее... Я такие только в интернете видел... А тут вживую...
Он часто задышал пола плаща съехала в сторону, и Маша увидела, как на его члене выступила капелька смазки.
— Ну что, дядь Коль, — подал голос Сергей, который все это время сидел на поваленном дереве и тоже не терял времени даром, поглаживая свой член вновь достав его из расстёгнутой ширинки. — Как тебе лесная экскурсия?
— Лучше, чем в раю! — выдохнул дядя Коля, не отрывая глаз от Машиной письки. — Можно, я... дрочить буду, глядя на неё?
— Для этого и собрались, — усмехнулся Сергей.
Маша стояла перед дядей Колей, чуть расставив ноги, и легонько поглаживала себя пальцами. Она водила по клитору, раздвигала губки, показывая ему розовую глубину своего влагалища. Иногда она вводила палец внутрь, а потом вынимала и показывала ему блестящую от сока подушечку.
— Видишь? — шептала она. — Это я для тебя так теку. Нравится?
— Нравится... ох, нравится... — дядя Коля наяривал член уже вовсю, слюна капала с губ на бороду.
— А хочешь, я присяду на корточки? — предложила Маша. — Тогда ты сможешь заглянуть в самую глубину.
— Хочу! — выдохнул дядя Коля.
Маша плавно присела, широко разведя колени. Её влагалище раскрылось перед ним, как цветок. Он мог видеть все: нежные розовые стенки, маленький вход, чуть ниже — анус, сжатый в складочку.
— Епать мать твою... — простонал дядя Коля, и его рука заходила ходуном. — Сейчас... сейчас...
— Давай, дядь Коль, — подбодрила Маша. — Кончи на меня. Представь, что ты трахаешь меня в лесу, как дикий зверь. Что я твоя, и ты делаешь со мной что хочешь.
Этого оказалось достаточно. Дядя Коля зарычал, дернулся, и густая белая струя спермы выплеснулась прямо на мох между ног Маши, не долетев до цели буквально несколько сантиметров. Вторая, третья струя — и его член, дергаясь, излил остатки семени на лесную подстилку.
Он обессиленно оперся руками о колени, тяжело дыша.
— Простите... — прошептал он. — Не сдержался... Такая красота... Спасибо вам, люди добрые... Век не забуду.
— Да ладно тебе, — Сергей, тоже близкий к финалу, встал и подошел к жене. — Маш, повернись-ка ко мне попой.
Маша послушно встала и повернулась к мужу, опершись руками о ствол березы. Сергей встал сзади, провел головкой члена по её влажным раскрасневшимся губкам, но входить не стал (договор есть договор — сегодня только для дяди Коли шоу), а просто прижался и, глядя, как дядя Коля с блаженным лицом наблюдает за ними, быстро кончил, залив Маше ягодицы и спину горячими струями.
В гостях у художницы